— Этого, леди, я сказать не могу. Только где оно… будет.

— Нам надо уйти подальше от воды, — предложил маг в золотой шапочке. — По туннелю.

— Согласен, — подхватил Кбрас. — Пока то, что убило свирфнеблина, не знает, что мы тут.

— Нет, — возразила Каватина. — Мы остаемся здесь. Спрячьтесь и наблюдайте за озером. — Однако она отозвала Хранительницу и Ночную Тень, оставленных внизу, у воды. Нет смысла рисковать.

Пришло очередное сообщение:

«Тысяча шагов. — Со смешком Халав добавила: — По-прежнему ничего — за исключением пары башмаков на этот раз».

Каватина нахмурилась. Башмаки? Она глянула вниз, туда, где лежало тело свирфнеблина.

«Какого они размера?»

«Маленькие. Как детские».

Ночная Тень, посланный Кбрасом в туннель, появился и показал жестом, что путь свободен.

— Вот и все, — усмехнулся Кбрас. — Мы идем. — Его указательный палец подал сигнал Ночным Теням: «Выходите».

— Оставайтесь там! — рявкнула Каватина. Мужчины заколебались. Они переводили взгляды с Каватины на Кбраса.

Она развернулась к Кбрасу.

— Мы должны покончить с этим раз и навсегда, — тихо сказала Рыцарь Темной Песни. — Квили поставила во главе экспедиции меня, а не тебя. Эйлистри решила, что будет так. Ты осмелишься рисковать вызвать ее неудовольствие, отказываясь повиноваться мне? — Не дожидаясь его ответа, она повернулась к остальным. — Моя жрица нашла в туннеле пару башмаков. — Каватина указала на могилу свирфнеблина. — Башмаков гномьего размера. Если они принадлежат ему, то, возможно, ему пришлось бежать, не успев надеть их. То, что убило его, может еще прятаться в туннеле.

— Ты слышала пророчество Дафира, — парировал Кбрас. — То, что намеревается напасть на нас, там. В Лунной Впадине.

— Напасть на нас? — повторила Каватина. Она покачала головой. Рыцарь Темной Песни была сыта этим по горло. — Вот что я тебе скажу. Я отзову свою жрицу обратно. Ты лично можешь занять ее место. И тогда, если что-нибудь вылезет из воды, ты будешь в славном безопасном местечке, где ничто не…

Из глубины туннеля долетел слабый вопль — голос поющего меча, ведущего бой. Послание Хранительницы пришло долей секунды позже:

«Неумерший! Огромный! Одна его голова перекрывает…»

Сообщение резко оборвалось.

«Отходи, — передала ей Каватина. — Мы идем». Она поспешно указала на Хранительниц. — Ты, ты и ты, за мной, — вслух указала она. — Остальные ждут здесь. То, что почувствовал Дафир, не в озере — оно в туннеле. Мы выгоним его оттуда. Когда оно появится, атакуйте.

К ее удивлению, Кбрас коротко кивнул. Гилкриц сделал то же самое. Устремившись по туннелю вместе с тремя Хранительницами, следующими за ней по пятам, она оглянулась через плечо и увидела, что одни маги левитировали от входа, другие исчезли. Дафир, однако, остался стоять на виду, опираясь на посох и кивая.

Она продолжала бежать. Пол туннеля был ровным. Каватина и жрицы набрали порядочную скорость. Голос поющего меча Халав и завывания того, с кем она сражалась, становились все громче. Наконец они увидели ее.

Хранительница отчаянно отбивалась, меч ее мелькал в воздухе, с мелодичным пением врубаясь в существо, заблокировавшее туннель, — чудовищная голова, огромная, как у великана. Голова ползла по проходу при помощи клубка извивающихся вен, похожих на щупальца, на ходу разевая и захлопывая громадную пасть.