– Как ты найдешь нас?

– Найду… – ответил полковник. Он повернулся и обратил свой взгляд на поле, выжидая появления Гарвуда. Клер натянула вожжи и развернула свою лошадь.

Девушка и Майкл через несколько минут скрылись из поля зрения О'Брайена за деревьями. Теперь они были далеко от Форчена, но Клер знала, что так же, как не смогла нажать на спусковой крючок винтовки, так же она не сможет убежать от полковника.

– Майкл, я люблю тебя, – сказала она неожиданно и, протянув руку, сжала ладонь мальчика.

– И я люблю тебя, мамочка, – ответил он, как обычно. Его голос был полон доверия, и Клер захотелось крепко обнять мальчика и прижать к себе.

– Майкл, чтобы ни случилось, я хочу, чтобы ты всегда помнил, что я люблю тебя больше всех на свете, и всегда любила с тех пор, как впервые взяла тебя на руки.

– Хорошо, мамочка. За нами сейчас кто-нибудь гонится?

– Да, все возможно.

– Но с полковником О'Брайеном мы в безопасности, правда?

– Да, – ответила Клер как можно спокойнее, чтобы Майкл не догадался, что она плачет.

– Мама, он хороший. Я надеюсь, что он останется с нами.

– Он останется, Майкл.

– У него есть семья?

– Его жена умерла очень давно… Они сильно любили друг друга. Его отец с матерью тоже умерли. Но у него есть братья.

– Мне жаль его жену, – Майкл взглянул на Клер. – Может быть, он женится на тебе.

В его голосе прозвучала надежда.

– Нет, Майкл. Он сказал, что никогда больше не женится.

Форчен сказал не так, но Клер должна была заставить Майкла выбросить из головы мысль, что полковник О'Брайен может когда-нибудь жениться на ней. Полковник просто выжидает удобный момент, чтобы избавиться от нее. Он даже не разрешает ей стать няней мальчика. Он не позволит ей жить в одном городе с Майклом, чтобы у нее хоть иногда была возможность взглянуть на ребенка. В этот момент Клер решила, что она все-таки откроет шляпный магазинчик в Атланте.

– Надеюсь, что он долго-долго пробудет с нами.

Клер ехала молча и думала, правильно ли они едут и удастся ли на самом деле О'Брайену найти их. Она подняла голову и посмотрела на небо. Впервые ей пришлось путешествовать таким образом. Она не знала, как ориентироваться по звездам, чтобы правильно определить направление их движения.

Наконец рассвело, и небо понемногу прояснилось. В капельках росы отражались солнечные лучи, зеленые листья дубов, усыпанные сверкающими бусинками, ярко переливались на солнце. Они скакали всю ночь без остановки, и теперь Клер чувствовала усталость. К тому же ее беспокоил Майкл, который едва держался в седле. Она не слышала выстрелов, но с О'Брайеном их разделяло огромное расстояние, может быть, даже слишком огромное, чтобы услышать пальбу, если он стрелял в кого-нибудь.

К середине утра она остановилась у извилистого грязного ручейка.

– Майкл, давай подождем. Не исключено, что мы безнадежно потерялись. Лошадям нужны вода и корм. Да и нам необходимо поесть.

– Хорошо, мама, – сказал он, сползая с седла.

Клер расседлала лошадей и, пока они пили, она перенесла вещи в тень караксового дерева. Девушка расстелила коричневое покрывало и положила на него остатки холодного мяса, бисквитов, кусочки розовой ветчины и баночку черносливого джема.