— Три открытки? — удивился Манюэль. — Какая у тебя большая переписка.

— Это отнимет всего несколько минут, — ответил Люк.

Отцу он написал о том, что занял деньги и изменил свой маршрут, но не забыл добавить, что все отлично, лучше не бывает. Кариму он рассказал о своих злоключениях, и ему пришлось писать мелко-мелко, чтобы все уместилось. А бабушку он благодарил за ее замечательный пирог, которого, однако, ему так и не удалось отведать.

— Почтовый ящик здесь совсем рядом, — сказал ему Манюэль, когда он кончил писать. — В путь, в путь! Вот увидишь, как быстро я зашагаю…

1 °CЮРПРИЗ В КОНЦЕ ПУТИ

Прямо за городом начинался подъем. Люк шел медленно: во-первых, было очень жарко, во-вторых, он любовался открывавшимся видом, а главное, потому, что попал наконец в настоящие Альпы. Обрывы, поросшие деревьями, названий которых он не знал, растения, пробивавшиеся в расщелинах скал, бурлящие потоки, поляны, покрытые буйной растительностью, морены на склонах гор… За каждым поворотом дороги пейзаж резко менялся, и все это было для Люка новым и заманчивым.

Манюэль шел впереди и все время отвлекался: то срывал с ветки зеленое яблоко, то подбирал какой-то камешек и ежеминутно подбегал к Люку, чтобы показать ему свои находки. Это было словно какое-то опьянение, Манюэль ни минуты не мог идти спокойно.

— У меня от тебя голова кружится, — возмутился Люк. — Не вертись ты все время вокруг меня!

— Я боюсь, что ты вдруг исчезнешь, — ответил Манюэль жалобным тоном. — Я все не верю, что мы идем вместе, и мне все хочется до тебя дотрагиваться, чтобы в этом убедиться… Гляди-ка, водопад! Подойдем? Хороший душ был бы нам весьма кстати.

— Обойдемся. Берегись машин, дурень, а то обязательно угодишь под колеса. Уж больно ты распрыгался!

— Все в порядке, не волнуйся… Знаешь, я уже проголодался.

В ближайшем селении Люку пришлось выдержать целый бой, чтобы не позволить Манюэлю угостить его роскошным обедом в лучшей местной харчевне. Люк считал, что после утреннего пира они вполне могли обойтись бутербродами. Манюэль быстро справился с четырьмя бутербродами, а потом забежал в какой-то магазинчик, где продавали сувениры, и вышел оттуда, торжественно неся в руках маленькую кукушку.

— Это тебе, — сообщил он. — Красиво, правда?

— Очень, — сказал Люк. — Но ты просто разоряешься, старик.

— Плевать!.. Лишь бы тебе понравился мой подарок… Слушай, мы же забыли про автостоп. Давай попробуем остановить вон ту машину, а?

— Идея! — оживился Люк, который тоже уже еле волочил ноги.

— Ну-ка я погляжу, как ты это делаешь?

Манюэлю долго ждать не пришлось, первая же попытка увенчалась успехом. Любезная молодая женщина взялась довезти их до Альбертвиля, и они сели на заднее сиденье, поставив рюкзаки себе на колени. Манюэль был в восхищении.

— Колоссально! С первого раза! Ну, ты силен! Мы мигом проскочим эти двадцать четыре километра вместо того, чтобы пилить под солнцем, обливаясь потом.

Водительница обернулась.

— Я рада, что могу оказать вам эту маленькую услугу, друзья, — сказал она певучим голосом. — Я еду в Сент-Этьен, и если это в вашем направлении?..

Люк загляделся в окно и прослушал ее вопрос, а Манюэль воспользовался этим, чтобы прошептать:

— Большое спасибо, мадам, но нам надо в другую сторону.

Они сошли в Альбертвиле. Город не представлял большого интереса, и Люк, устав кружить по улицам, предложил посидеть в кафе на тенистой террасе, с которой открывался прекрасный вид на реку Арли.