— Витенька, мы связаны словом, — Людмила поспешила на помощь мужу. — Вера Васильевна очень просила.

Виктор перебил:

— Бабкины грехи мне до лампочки, у самого земля под ногами горит.

— Что значит горит? — Людмила от неожиданности плюхнулась на стул, уставилась испуганно на родственника, заморгала растерянно. — Во что ты опять вляпался?

Виктор в семье считался «поганой овцой». Причем в третьем поколении. Отец Виктора пил, мать пила и гуляла. Бабушка, надменная Вера Васильевна, правда, об этом предпочитали шептаться по углам, тоже «рылом не вышла». Единственная из жен профессора Осина, она была из простолюдинок. Остальные принадлежали к кругу богатой творческой интеллигенции и буржуазии.

На счету у Виктора было достаточно «подвигов». Он то и дело попадал в дурные истории: прятался от кредиторов, гонялся за должниками, сидел в КПЗ, ввязывался в драки. Его караулили ревнивые мужья, донимали настырные любовницы. Хватало всего.

— Ты ведь не пьешь больше? — Первый муж Людмилы любил приложиться к рюмке, поэтому для нее большего греха, чем пристрастие к зеленому змию не было.

— Будто на земле все зло от водки?! — отмахнулся Виктор.

— От водки и глупости! — не удержалась мадам от назидания. — Правда, Игорь?

— Правда! — припечатал тот.

— Ваш умный мальчик Андрюшенька не пил, а все равно вляпался в дерьмо! — Виктор нарочно ткнул родню побольнее. Пусть не заносятся.

Сын Игоря и Люды, Андрей Осин закончив университет, отправился на стажировку в Великобританию и вскоре женился на дочке своего профессора. Такова была парадная версия событий. Изнанка выглядела куда прозаичнее. Андрей увлекся легкими наркотиками, попал в нехорошую историю, связанную с убийством и чуть не получил срок. Стараниями гениального Глеба Михайловича Полищука — лучшего адвоката в городе — Андрею удалось избежать уголовной ответственности. Тот же Полищук вывез парня в туманный Альбион, устроил стажировку и возможно, Виктор не исключал этого, брак с аборигенкой. За деньги старухи, естественно.

Другим подследственным повезло меньше. Раздосадованный тем, что Глеб Михайлович развалил обвинительное заключение, выбил оправдательный приговор и передал суду материалы на ряд лиц, злоупотребляющих служебным положением, прокурор ходатайствовала о возбуждении дела по факту хранения и распространения наркотиков. В момент ареста Андрей и его подельники находились в состоянии наркотического возбуждения, что подтверждал безупречно оформленный протокол и собственноручно подписанные показания задержанных. Однако Андрюшу это уже не касалось, он был вне досягаемости родной Фемиды.

— И вы сами, мои дорогие, не без греха, — повел дальше Виктор. Он был слишком зол, чтобы церемониться. — Ты, Игорек, так ревновал свою Люду к прошлому, что заставил бросить ребенка от первого брака. А ты, Людочка, так старалась сохранить новую семью, что оставила малыша…кто там был дочь? сын? …на попечение пьющего папаши. Прошу отметить: вы сделали ни в чем ни повинного малыша сиротой, оставаясь в трезвом уме и здравой памяти. И что особенно смешно, считая себя порядочными людьми.

Ненароком полученная от бабушки информация сослужила хорошую службу. Услышав в чем ее обвиняют Люда, онемела от возмущения. Игорь выдержал удар лучше, но тоже растерялся и пробормотал:

— Ты не знаешь о чем говоришь…

— Ладно, проехали, — поставил точку Виктор. — Кто без греха, пусть первым бросит камень. Давайте, по сути. Мне плевать чем вы зацепили бабку. Но скажите, как вспляли бабкины грехи?

Игорь и Люда переглянулись.

— Какие грехи?

— Хватит.