Сбросив хандру, парень встал во весь рост и, крепко упершись ногами в дно своего спасительного ковчега, с силой налегал на шест, стремясь как можно дальше уйти от этих мест и забыть все происшедшее, как дурной сон. В который раз он порадовался тому, что додумался прихватить с собой толстые кожаные перчатки, иначе ладони, несмотря на давние мозоли от древка пики, непременно стерлись бы в кровь. Понемногу светлело. С востока начали проглядывать еще не розовые, а сероватые проблески приближающегося рассвета. От реки несло ощутимо промозглой сыростью. Но Попелу было даже жарко, и он время от времени наклонялся, чтобы зачерпнуть воды и освежить разгоряченное лицо.

Время от времени он поминал недобрым словом всех по очереди, от пфальцского курфюрста и Фердинанда до хитрого доктора, так ловко обдурившего несчастного студента. Согревала ему душу только тяжесть монет за пазухой. «Ничего, не пропаду. Теперь главное уйти подальше. А там обживусь на новом месте, заведу дело. Стану почтенным бюргером или продолжу учебу, вот хоть бы и на врача. А почему нет? Военной службой я сыт по горло, в юристы что-то не тянет, а в богословы пусть другие идут. Это не по мне точно».

Вот так он и рассуждал сам с собой, не забывая гнать свою утлую посудину вниз по быстрому потоку Мюльде. И вдруг впереди он зорким глазом разглядел застрявшую посреди реки лодку с двумя пассажирами. Особый сюрреализм картине придавало то, что один из них стоял прямо на воде. Его ноги и на пару дюймов не скрывались под поверхностью, словно он был святым, способным ходить по водам, аки посуху.

– Застряли на мели? А ведь это мои знакомцы, доктор с веселой женушкой, которая много чего мне обещала. Ну держитесь теперь! – едва слышно пробормотал Попел, не желая нарушить предутреннюю тишину.

В лодке тоже заметили его и разом засуетились. Дама принялась призывно махать студенту рукой, а доктор в последнем бессильном рывке попытался-таки стянуть крепко застрявший челн на глубину.

Вацлав, перестав толкать вперед плоскодонку – хватало и силы течения, осторожно ощупывал своим батожком дно, не желая попасть в ту же ловушку, что и обманщик-доктор. Он плавно подвел свое плавсредство к месту аварии, ткнувшись носом в отмель.

– Доброе утро, господин доктор! – издевательски поклонился бывший студент.

– Здравствуйте, сударь, – только и смог выдавить из себя потерпевший крушение Кноринг.

– Я смотрю, ваше путешествие не затянулось?

– Так уж вышло.

– Это вас Бог наказал за то, что вы меня бросили! – сурово заявил Попел. – Ведь я спас вас обоих от неминуемой смерти, а может, еще чего похуже! И чем же вы мне отплатили? Черной неблагодарностью! По всем божеским и человеческим законам теперь я имею право расколоть ваш высокоученый череп и скинуть в Мюльде на корм ракам, кои, говорят знающие люди, очень большие охотники до мертвечины. Впрочем, я, наверное, не стану марать руки, а просто оставлю вас здесь. Воображаю, как обрадуются наемники, когда найдут беглецов, а они, уж будьте покойны, не угомонятся, пока не сыщут ваши милости. То-то будет потеха!

Доктор уселся обратно в полузатопленную лодку и скукожился, повинно свесив голову. Ответить ему явно было нечего. Зато его супруга с жаром принялась за дело.

– Ах, милый пан Вацлав, не будьте столь жестокосердны! Признаю, мы не очень-то красиво поступили с вами, но какой у нас был выбор? Ведь эти разбойники в любой момент могли хватиться нас! К тому же, видит бог, я все время твердила мужу, что это грех – бросить вас одного, но он меня не послушал…

– Что?! – изумленно воскликнул Кноринг, но жена не дала ему ни единого шанса оправдаться.