Что касается дома, он представлял собой трехэтажную кирпичную коробку с крышей и застекленными окнами. Что и говорить, вид страшноватый, ну да ничего, загримируем. А внутри планировка весьма удобная. Почти ничего ломать не придется. В целом, как чистый холст для художника.

Дорогой я, не теряя времени, подробно выяснила их запросы, и теперь мысленно прикидывала, что можно сделать. Между прочим, они планировали, чтобы и детская была, и игровая комната для ребенка. На мой вопрос, мальчику или девочке, ответили, что пока не знают, и нужно сделать нечто нейтральное. А вот родится, внесем необходимые акценты. Значит, в плане потомства они находятся в творческом процессе.

Еще Валерий Михайлович заказал как непременную составляющую две комнаты для детей от первого брака. Одну для мальчика-школьника, другую — для девушки-студентки. У Вики было кислое лицо, когда он о них говорил. Перспектива совместного проживания с его потомством, пусть и кратковременного, ей точно не улыбалась. Ревнует. Почти уверена: костьми ляжет, но постарается родить ему не одного ребенка, а несколько детей. Святая женская наивность детьми привязать! Да никакая это не гарантия. Тем более он уже однажды жену с детьми бросил. Да мне-то, собственно, что за дело! Со своей бы личной жизнью разобраться. Меня вот Гера, кажется, уважает, однако близко к себе не подпускает, и как это преодолеть, ума не приложу.

А если еще на этот заказ соглашусь, для Геры совсем времени не останется! Вечная моя дилемма: либо личная жизнь, либо карьера. На роду мне, что ли, написано. Из одного места ушла, в другом то же самое начинается! Или это потому, что я такая способная и талантливая, и причем, разносторонне. Вот в профессии и процветаю. А в личной жизни талантливым вечно не везет.

Нет, ну надо же. Первый раз в жизни встретила мужика, который по-настоящему нравится, и нате вам: судьба на тарелочке с голубой каемочкой преподносит лакомый кусочек в виде этого дома! Ну как откажешься. Или это мне испытание свыше: выбирай, Агата, что ты на самом деле больше хочешь? Но ведь Гера и сам по себе испытание свыше. Познакомься мы с ним уже поближе, и сомнений бы с домом не было. Пока ведь наша единственная точка соприкосновения — собаки. А Ириску скоро отдавать придется. Хотя Сахар опять куда-то пропал. Правда, по-любому Ириску я смогу оставить у себя только на месяц, пока проект готовлю. Дальше Валерий Михайлович вернется в Москву, утвердим с ним проект, и начнутся полноценные трудовые будни с утра до вечера. Не до Ириски. Какой мне тогда изобрести предлог для встречи с Герой. Ох, права Чумка: надо форсировать наши отношения. Или плюнуть и отказаться от дома? Клин на нем, что ли, сошелся. На жизнь мне и других заказов хватает. Да и не в деньгах счастье, это я уже по личному опыту знаю.

Морально, однако, тяжело отказаться. Видно, я все-таки честолюбивый человек и люблю преодолевать трудности. А ведь столь масштабного проекта у меня еще не было. И полный простор для творчества. Прямо даже не знаю, на что решиться. И Рома велел мне сразу не отказываться. Поэтому на настойчивые вопросы заказчика, берусь ли я за работу, я уклончиво ответила:

— Знаете, хотела бы взять тайм-аут для размышления.

— А если мы доведем ваш гонорар до пятнадцати процентов, это ускорит принятие вашего решения?

Вот те на! Иногда ведь пытаешься гонорар повысить, торгуешься, прикидываешься, будто заказ этот тебя не очень интересует, изощряешься по максимуму, а толку чуть. А тут такой соблазн без малейших усилий! Тем не менее отвечаю:

— Валерий Михайлович, очень вам благодарна, и гонорар мне очень ваш нравится, но проблема совсем не в деньгах.

— В чем же? — Я поймала на себе его настороженный взгляд и испугалась: вдруг сейчас двадцать процентов предложит, тогда совсем катастрофа.