Гэнтаро не спорит. Интересно, не один ли из них он? Он совершенно свободен в своих суждениях и действиях касательно этих людей.

Несмотря на важность информации, ее не очень много. Сидзука отчаивается, но Гэнтаро прерывает ее размышления:

– Не говори так самоуверенно, юнец. – И, понизив тон, он продолжает, смотря на Сидзуку: – И не думай, что я это одобряю. Я просто пропускаю все через сито. Если мне что-то не понравится, я мгновенно остановлю процесс.

* * *

Как только они возвращаются в машину, Сидзука сразу заводит разговор:

– Какое громкое выражение – «пропускаю все через сито»! Кем вы себя возомнили? Это слова настоящего якудза!

– Ты, как я вижу, совсем не одобряешь мои методы.

– Речь не о моих предпочтениях, а о моральных принципах!

– Хо-хо-хо! Моральные принципы – это как раз про тебя, Сидзука. Но думаю, такие люди тебе неинтересны.

– Но ведь вряд ли кто-то интересуется якудза ради удовольствия.

– Среди якудза тоже есть разные люди. Просто кто-то лишен своего места в обществе, а кто-то привык наживаться на слабых. Смешивать всех в одну кучу неправильно.

– Слушая вас, я понимаю, что эти различия исключительно субъективны.

– Конечно. Нет закона, по которому можно судить якудза за праведность или порочность. Именно поэтому полиция предпочитает с ними не связываться до тех пор, пока не произойдет что-то серьезное.

– Звучит так, будто вы оправдываете дела строительной отрасли.

– Никаких оправданий. Строительство – это не просто бизнес для вида.

Сидзуке совсем не весело, но она не наивна, чтобы считать, что все можно разрешить по закону. Однако ее раздражает, что она вынуждена соглашаться с Гэнтаро.

– Куда мы едем теперь?

– По идее, можно было бы пригласить их к нам, но, раз уж мы в пути… Эй, отвези нас в управление миграционной службы в Минато!

– Мы едем в управление миграционной службы?

– Помнишь Сасадзиму, который занимался делом господина Сёдзо? Надеюсь, он нам поможет и сейчас.

Неужели власть Гэнтаро распространяется и на иммиграционное управление? Может, он обязан ему делом со «Змеиными головами»? В любом случае, когда они приезжают, не проходит и пяти минут, как Сасадзима появляется перед ними.

– Сегодня утром на стройплощадке «Центрального Парка» от падения металлической балки погиб иностранный рабочий.

– Да, я в курсе. Уже поступил запрос из отделения полиции Накамура.

– Расскажи мне все, что знаешь, – требует Гэнтаро авторитетным тоном, и Сасадзима, знакомый с ним по прошлому делу, тяжело вздыхает.

– Надеюсь, вы окажете содействие, как в случае со «Змеиными головами»?

– Будет ли от меня польза, зависит только от вас.

Покачав головой, Сасадзима начинает:

– Нгуен Намтхан, вьетнамец, двадцать три года, родом из Дананга. Отделение Накамуры выяснило пока только это.

– Подрядчики не спрашивают лишнего. Скорее всего, вся информация взята со слов самого Нгуена, вряд ли найдется хотя бы копия подтверждающих документов.

– Отделение Накамуры сейчас делает запрос через субподрядчика, чтобы получить больше информации.

– Нгуена привела одна из подставных компаний банды «Кодокай». Бесполезно чего-то ожидать.

– Пожалуй. Мы знаем о связях между «Кодокай» и «Айти Воркстейшен».

– Наверняка вам уже сообщили, что перед началом работы кто-то посторонний залез на кран.