Полковник Русанова пару секунд молча разглядывала свою визави, и всё же решила уточнить:

– Вы их… убили?

– Наталия Андреевна… – то ли промурлыкала, то ли прошипела Дитц. Широкая, насквозь фальшивая улыбка обнажила кончики клыков, зрачки сузились почти в нитку. – Думаю, мы обе знаем: убила – это когда поймали!

Разговор, следовало это признать, получился довольно интересный. Правда, времени на анализ сказанного и услышанного у Ланы было не так уж много. Сейчас они с Солджером почти бежали за полковником Русановой, бросившей после принятия какого-то сообщения: «Солдатов, Дитц! Совещание!» и устремившейся в свои апартаменты.

По крайней мере, решила Лана по прибытии на место, это должны были быть они: приёмная с лощёным франтом (а глаза-то какие цепкие!) и кучей дисплеев… кабинет, роскошный и утилитарный одновременно… не наболтала ли ты лишнего, подруга? Вроде, нет. Разве что по поводу судьбы убийц Раскина распространяться не стоило. С другой стороны, а чем тебе это повредит? Ну, узнает больше народу, чем знало вчера, и? Что знают трое – знает и свинья, а их, знающих, и раньше-то было больше трёх. И вообще, реклама – двигатель торговли! Но дальше лучше помалкивать.

И какое-то время ей действительно удавалось молчать: вопросы решались чисто технические. Правда, на секунду она позволила своим глазам загореться: в тот момент, когда полковник Русанова небрежно упомянула, с чьего корабля их подберёт очередной курьер. Если бы не позволила, это выглядело бы совсем уж нарочито, переигрывать тоже не надо.

Вербицкий! Тот самый! Эх, вот бы с кем пообщаться «тайнолову». Тут не то, что на магистерский диплом – на пару диссертаций за час непринуждённой беседы можно накопать… ага, держи карман шире! Где ты – а где самый зубастый из всех волков современной дипломатии… Этим мыслям она тоже позволила проявиться на почти невозмутимой физиономии, чем вызвала лёгкую понимающую улыбку полковника.

Сейчас речь шла об обеспечении их пребывания в Сиене, и Лане оставалось только слушать. Что-то крутилось у неё в голове, не давало покоя. Прикрыть тылы… что есть у русских там, на местности? Ну, помимо официальной миссии в Сенате? А что есть у неё?

Работать на Земле Лане Дитц не доводилось ни в качестве легионера, ни в качестве шанхайского консультанта. Она и была-то там всего один раз, когда отчитывалась перед сенатской комиссией по поводу событий на Шекспире. Привезли в закрытом транспорте и в «цезарио», так же и увезли. Лана даже не увидела знаменитых холмов Кьянти, на которых раскинулся не менее знаменитый комплекс Сената.

А теперь ей – им – предстояло действовать именно там. Изучить карту никакого труда не составляло, но вся многократно простреленная и прорубленная шкура лейтенанта Дитц напоминала: карта отличается от реальности. И самые подробные записи отличаются тоже. А времени на рекогносцировку нет. Совсем. Значит, им не помешал бы надёжный проводник или советчик из местных. Только где ж его взять? Такого, совершенно левого, чтобы никому и в голову не пришло связать его ни с Легионом, ни с русскими. Стоп. А что, если…

– У вас есть идеи, Светлана Конрадовна?

Ну да, чтобы Русанова – да не заметила!

– Пожалуй. Я правильно понимаю, мы нуждаемся в информационной поддержке, которую не можем запросить у дипломатов?

– Какую-то можем, – вклинился Солдатов. – Но за всеми работниками миссии следят довольно плотно, не местные, так конкуренты…

– И если кого-то из них заметят поблизости от нас или засекут пусть не содержание переговоров, но сам их факт, – перебила Лана, – секретность, от которой и так-то остались сущие ошмётки, полетит псу под хвост.