|
. Состен желчно горланит поверх голов: – Полковник! Полковник! Quick! Quick! War Office! Срочно! Срочно! Военное ведомство!.. Он размахивает своим пухлым свитком, разворачивает его над толпой… Ни дать ни взять знамя! – Китай! Китай! – требовательно выкрикивает он. Естественно, раздается смех, а Состен под шумок проходит. – The fool! The fool! Сумасшедший! Все решили, что он спятил. Я устремляюсь следом, и вот мы в доме… На полу толстый ковер… Какая прихожая!.. Мы старательно вытираем ноги… На стенах большие полотна, старинные гобелены, а в этом я знаю толк… Шикарная хибара! Откуда-то появляются слуги: верно, собираются нас выпроводить. Состен прикрикивает на них, увлекая меня за собой. Побольше чувства собственного достоинства!.. – War office! Военное ведомство! Mask! Mask! Противогазы! Он корчит рожи, выставляет себя напоказ… они посматривают на него, но воровато. Стоят как пришпиленные перед этим Китайцем… Пялятся на его халат, но так, чтобы рассмотреть вышивку, глазеют главным образом на его задницу… Он выставляет на обозрение своего дракона… ярко-голубого с желтым, изрыгающего языки пламени!.. И сходу добивается успеха!.. – Speak english! – изрекает он в мой адрес. – Speak english! – Это его идея, – выскакиваю я. Но тут вижу… совсем юная девица… клевая девчонка, вообще-то, прелесть!., блондиночка, очарование… я в восторге от нее… Ах, красоточка!.. тащусь!., гром и молния!.. Ах! эти голубые глазки!.. Эта улыбочка!., куколка… я ее обожаю!.. Состена я уже не слышу!.. Я вообще ничего не слышу, завис я, ничего сказать не могу… Не будь я упакован в эти жуткие шмотки!., стыдно. Был бы я выбрит поаккуратнее… не будь я по уши в дерьме… сразу бы ей намекнул… ах, что она со мной делает… такое неотразимое впечатление… Нет! ей я этого не скажу… не буду высовываться, весь такой встревоженный… сопливый… несчастный… Ах, в каком я восторге!., не смею!.. Ах! Какая красавица!.. Прислуга в недоумении… им надо дождаться хозяина… они уходят, бросают нас… а мы торчим здесь вдвоем перед девчонкой… не знаем, куда глаза девать… Сколько ей лет?., двена-дцать… тринадцать, может быть… по-моему, вообще я так думаю… а эти икры!., короткая юбочка… какая грация… какие роскошные ножки… золотистые!., наверно, спортсменка… это всегда поражает меня… Я такими представляю себя эльфов… коротенькие юбочки!.. Это фея!.. Ужасный Состен гонит что-то циничное… подмигивает в мою сторону… А ему следовало бы стоять перед ней на коленях, не иначе! головоприклоняться, припадать, просить прощения! – Uncle! Uncle! Дядя! Представьте себе, она даже разговаривает!., она зовет своего дядю! Какой голос! как хру-сталь!.. Ах! я влюбился!.. Состен по новой подмигивает, она это замечает!.. Он невозможный!.. – Ладно! ладно… – шепчет он мне. – Хулиган!.. Объявляют о прибытии полковника. Вот и он. – Вирджиния!.. Вирджиния!.. Он уже рядом с нами… разговаривает со своей племянницей. Ах! ее зовут Вирджиния… Как это красиво – Вирджиния… Он толстячок, этот полковник, скорее расплывшийся, ну, в общем, плотненький… совсем не похож на моего де Антре!.. с толстым задом, маленькой головкой, этакий шарик в домашнем халате… крохотные пронизывающие глазки, гримаса, нервный тик, перекатывающийся с одной щеки на другую и задевающий нос… он жует, короче, тик у него как у кролика… лысина как зеркало… глаз слезится… только один… он его вытирает пальцем… Разглядывает Состена. |
