И вот мы в гипермаркете, и я чую запах денег.

— Где остальная охрана? — поинтересовался я, как будто бы и не в шутку.

— На самом деле в течение дня в смену выходят пять или шесть охранников. То ходят по залу, то у касс постоят, создавая видимость присутствия, дабы неповадно было всяким вороватым типчикам вроде нас соваться в чужие денежные хранилища. Все они носят портативные рации, посредством которых поддерживают связь между собой и с Колином. Кучка болванов. Каждый мнит себя Капитаном Америкой. Идиоты! О них не стоит беспокоиться. После закрытия магазина остается лишь двое. Один в комнате охраны, другой — в торговом зале, прогуливается там и следит, чтобы работники укладывали товары по полкам, а не себе по карманам.

Мы вновь остановились у полки с собачьими консервами, Норрис сгреб несколько банок «Бонио» в тележку, и мы двинулись дальше.

— Ясно. Где у нас офис менеджера?

— Вот там, — кивнул он.

Я глянул в сторону касс и заметил дверь в стене в самом конце зала. Забавно, но каждый раз, когда Норрис упоминал офис менеджера, мне представлялось нечто вроде большого помещения на втором этаже с окнами, выходящими на стоянку автомобилей, с огромным столом из красного дерева, и креслом из черной кожи, в каждом углу по огромных размеров фикусу, а у стены большущий шкаф, забитый папкам. Увидев неприметную, неопределенного вида дверь в углу, где ее вообще и заметить-то можно с превеликим трудом, я даже слегка разочаровался.

— А как там внутри? — спросил я у Норриса.

Тот пожал плечами, как обычно поступал, когда подыскивал слова, и у меня возникло чувство, что там либо действительно все, либо ничего вообще.

— Не знаю. Просто офис. Столы, стулья, телефоны, канцелярские резинки — всякая фигня, короче. Это ж офис. А, да, еще сейф, конечно же.

— Но ведь ключи от сейфа не хранятся вместе с ним?

— Нет. Они заперты в другом сейфе в офисе охраны. Вот на том как раз стоит сигнализация, и нужно звонить специальному человеку, которому известен пароль. Только тогда ее отключат, и мы сможем вынуть ключи. В противном случае через мгновение повсюду будут сновать легавые. Однажды я уже наблюдал такую картину, случайно. Так вот они слетелись сюда как мухи на дерьмо, не прошло и пяти минут.

— Что за пароль? — допытывался я, открывая дверцу холодильника и пихая в корзину тележки коробку уцененных замороженных рыбных палочек.

— А я почем знаю? Пароль-то секретный, — огрызнулся Норрис.

— И как же, черт подери, нам звонить, чтобы отключить сигнализацию?

— Легко. Скажем приятелю, который сидит в аппаратной, что, если он не даст на номер, мы размозжим ему башку. «Да, кстати, дружище, когда будем отходить, прихватим и тебя на случай, если тебе вдруг взбредет в голову сообщить нам подложный шифр, по которому внезапно нагрянут легавые». Теперь подумай, станет он рисковать за пять фунтов в час?

— Гениальность твоего плана заключается в его утонченности, — произнес я, но Норрис слишком увлекся печеньем и меня уже не слышал.

— А мы действительно покупаем всю эту хрень? — спросил мой приятель.

— Если хочешь, можешь взять. У меня денег нет, — заявил я, и Норрис как-то сразу поник духом, словно ожидал, что мы закатим пир горой, когда выйдем из магазина.

— Еще один момент. Менеджер дневной смены, уходя домой, забирает с собой ключи от сейфа из офиса охраны. Так что придется их как-то у него отнять, прежде чем мы начнем запугивать народ. Что делать будем? Притащим его с собой?

— Нет, придется забрать ключи и покрепче его связать, да и всех, кто с ним будет, — тоже.