— Сколько людей у вас?

— Тысяча. Может, две. Но у французов — пушки и кавалерия.

Кожин хмыкнул.

— Пушки и у вас теперь будут.

Капитан «Владимира» отдал приказ и работа закипела. Ящики с винтовками передавали по цепочке, пушки спускали на канатах. Итальянские повстанцы, худые, изможденные, но с горящими глазами, хватали оружие, словно это было сокровище.

— Скорее! — кричал Бианки. — Французы могут появиться в любой момент!

И в этот момент с моря донесся гудок — протяжный, зловещий. Это русский пароходофрегат «Орел» предупреждал о появлении противника.

— Корабль! — закричал сигнальщик.

Бутаков схватил подзорную трубу. На горизонте вырисовывался силуэт — трехмачтовый корвет под французским флагом.

— Боевая тревога! — рявкнул он. — Сигнальщик, передать на «Орел» приказ — приготовиться к бою!

На палубе «Владимира» загремели ботинки матросов, перетаскивающих зарядные ящики. Артиллеристы срывали брезент с орудий.

— Капитан! — Бианки схватил Бутакова за рукав. — Если начнется перестрелка, французы вызовут подкрепление!

Бутаков стиснул зубы.

— Тогда мы купим вам время. Уходите к берегу!

Баркасы итальянских повстанцев, увозя доставленное русскими братьями оружие, боеприпасы и военных советников, отбыли. Вражеский корвет приближался. Уже был виден белый пенящийся след под его форштевнем.

— Поднять флаг! — скомандовал Бутаков.

На мачте «Владимира» взмыл вверх русский стяг.

— Орудия — к бою!

Прозвучал первый пока еще пристрелочный выстрел. Французский корвет «Эгль» начал разворачиваться для залпа. Его грохот разорвал утреннюю тишину, как удар грома. Ядра пролетели над палубой «Владимира», подняв фонтаны воды по правому борту. Капитан Бутаков, не сбавляя хода, резко повернул штурвал, заставляя пароход вильнуть в сторону, словно раненый зверь, уходящий от охотника.

— Подавить орудия противника! — рявкнул он, и артиллеристы «Владимира» бросились к шестидюймовкам, заряженным книппелями.

На корвете уже разворачивали вторую батарею. Французский капитан, высокий мужчина в синем мундире, стоял на мостике, видимо, оценивая дистанцию.

— Они хотят отрезать нас от берега! — крикнул штурман Бережной.

Бутаков окинул взглядом бухту. «Орел» еще не закончил разгрузку — у его борта толпились лодки с повстанцами, спешно перегружавшими последние ящики.

— Развернуть «Владимир» бортом! — скомандовал Бутаков. — Дать залп по корвету!

Орудия «Владимира» грянули почти одновременно. Книппели, свистя, пронеслись над водой и врезались в борт «Эгля», вырвав куски обшивки. Французы ответили залпом картечи — свинцовый ливень пронесся над палубой, срезая такелаж и убив двух матросов у шпиля.

— Перезарядить! — крикнул старший артиллерист, его лицо было черным от пороховой гари. — Стрелять по готовности!

Бутаков посмотрел в сторону берега. Там уже готовились к высадке французского десанта. Повстанцы занимали оборону, перетаскивая с приставших к берегу баркасов ящики с винтовками и с патронами. Майор Кожин, на что-то показывал Бианки.

В этот момент, капитан «Орла» Рязанов, поняв, что «Владимир» один не выдержит, приказал дать полный ход. Благо, повстанцы с грузом уже отбыли. Старый пароход, кряхтя совсем недавно отремонтированной машиной, двинулся наперерез корвету.

— Готовь торпеду! — прошипел Рязанов механику Звягину.