— Нет, — сухо отрезал князь. — Пошлите им больше боеприпасов, пусть не жалеют их. Передайте, чтобы держались любой ценой.

— Господин, — глухо произнёс другой воевода, невысокий и молчаливый, — если не выслать подкрепление, то мы получим прорыв.

— Это отвлекающий удар. Враг умён: он ждёт, что мы отправим наши резервы, чтобы после нанести главный удар в другом месте. И тогда мы точно получим прорыв, который будет нечем заткнуть. Вам всё ясно, воевода Демидов?

— Да, Ваше Сиятельство.

Князь на самом деле ценил Демидова за его прямоту, честность и беспредельную храбрость. Если тот видел что-то ему непонятное или, по его мнению, пагубное, то непременно сообщал об этом вслух. Он был хорошим тактиком, но плохим стратегом. Не видел картину в целом и не думал наперёд. Поэтому ему никогда не видать должности старшего воеводы.

— Степанюк, — князь повернулся обратно к старшему, — докладывайте дальше.

Вдруг в дверь комнаты постучали, и вошёл слуга.

— Господин, к вам князь Мечников, — сказал он.

— Мечников? — удивился мужчина. — Как он здесь оказался? Велите подать вина, я скоро буду.

Выслушав доклады остальных воевод и раздав указания, князь поспешил в свой кабинет. Он не видел перед собой коридоры замка-крепости, шёл на автопилоте, погружённый в собственные мысли.

Дела в последнее время складывались крайне неудачно. Саранча наседала, выбивая защитников Предела одного за другим, дружины редели, и князь ничего не мог с этим поделать. Он опасался, что враг снова применит тот приём, который позволил ему пробурить ход под горами, и нанесёт удар с тыла. Это сразу разрушит оборону, которая выстраивалась семь веков. Поэтому он всегда держал три дружины в состоянии полной боевой готовности, и ещё три на подхвате.

Он знал, как можно решить эту проблему. Объединить силы всех стран и государств и одним мощным ударом решить вопрос Саранчи. Но Император не желал его слушать. Поэтому князь принял решение, что Императором должен быть кто-то другой. Более решительный и жёсткий человек. Такой, как он.

Князь миновал воздушный переход между двумя крепостными башнями. В стеклянные окна светило солнце, и его лучи падали на красный ковёр, делая его похожим на реку крови.

Чёртов Тарантиус обещал ему помочь с переворотом в обмен на услугу. Он должен был получить землю маленького угасшего рода Дубовых, чтобы Тарантиус мог там свободно действовать. Что конкретно искал там таинственный могущественный незнакомец, князь не знал. Но догадывался, что это нечто крайне важное. И хотел получить это сам, а затем уничтожить Тарантиуса. Но сперва пусть он поможет занять трон Российской Империи, пока её не сожрали внешние и внутренние враги.

Закончился короткий тёмный коридор, и князь вышел в холл главного здания замка. Его шаги гулким эхом раздавались под высокими сводами, каблуки стучали по гранитным плитам. Два солдата, стоявшие у колонн, отсалютовали ему, прижав кулаки к сердцу. Беспредельно преданные ему воины.

Шесть таких он потерял, пытаясь убить младшего Дубова и прикончить баронета Верещагина. Род Верещагиных провалил задание: не смогли избавиться от Николая, пока тот ещё был слаб. Вмешался тот самый князь Мечников — верный друг Дубова-старшего. А теперь мальчишка овладел своим Инсектом и стал сильнее. Убить его будет намного труднее. Поэтому князю пришлось задуматься о том, как подчистить следы, которые могут привести Дубова к нему. И один из них — Верещагины.

Старший слишком много знал, слишком много сделок они провернули вместе. Пришло время от него избавиться. Наёмные убийцы уже основательно подчистили этот маленький, но наглый род. Остался лишь отец да несколько его детей. Включая баронет Верещагина, который выжил благодаря всё тому же Дубову.

Проклятье!

Князь не заметил, как сжал кулаки.