|
Конечно, ты бы мне тогда пригодился, но мы и так справились. Я беспокоилась о тебе, потому что ты разрывался между защитой интересов Башни и Эгвейн. Похоже, проблема решена. Так что я спрошу. Почему ты оказался здесь? Разве ты не нужен Эгвейн?
- Видимо, нет, - сказал Гавин, табаня лодку. На этом краю пруда разрослись огромные плакучие ивы, их ветви, свисающие словно косы, покачивались над водой. Он поднял вёсла, не добравшись до занавеси этих ветвей, и лодка замерла.
- Ну, - сказала Илэйн, - я не собираюсь совать свой нос в это дело, по крайней мере, не сейчас. Здесь тебе всегда рады, Гавин. Если бы ты попросил, я бы сделала тебя Капитан-Генералом, но не думаю, что тебе этого хочется.
- Почему ты так считаешь?
- Может потому, что большую часть своего времени ты проводишь, хандря посреди этого сада.
- Я не хандрю, я думаю.
- Ах, да! Вижу, ты тоже научился излагать правду творчески.
Он тихо фыркнул.
- Гавин, ты не видишься с друзьями и знакомыми из дворца. Ты не хочешь быть принцем и Капитан-Генералом. Вместо этого, ты просто… думаешь.
Гавин посмотрел вдоль пруда.
- Я держусь от всех подальше, потому что все они желают знать, почему меня не было во время осады. Спрашивают, когда я собираюсь начать выполнять свои обязанности и возглавить твою армию.
- Всё в порядке, Гавин. Ты не должен становиться Капитан-Генералом, и, если потребуется, я смогу прожить без своего Принца Меча. Хотя, признаюсь, Бергитте весьма расстроена тем, что ты не стал Капитан-Генералом.
- Так в этом причина её гневных взглядов?
- Да, но она справится. У неё действительно хорошо выходит. Если и есть кто-то, кого я бы хотела, чтобы ты защитил, то это Эгвейн. Ты ей нужен.
- А вдруг я решил, что она не нужна мне?
Илэйн наклонилась вперёд, накрыв его руку своей. Её обрамлённое золотыми волосами, к которым так шла корона, лицо стало серьёзным.
- Ох, Гавин. Что случилось?
Он покачал головой.
- Брин считает, что я привык получать всё в готовом виде, и не знаю, что делать, когда всё идёт наперекосяк.
- А что ты думаешь?
- Я думаю, что мне хорошо побыть здесь, - ответил Гавин, тяжело вздохнув.
По дорожке вокруг пруда шли несколько женщин , возглавляемые дамой с ярко-рыжими, тронутыми сединой волосами. Димана была своего рода несостоявшейся послушницей Белой Башни. Гавин не был полностью уверен в том, что из себя представляет Родня и какие у неё отношения с Илэйн.
- Это место, - продолжил Гавин, - напоминает мне о моей прежней жизни. Это своего рода освобождение - свобода от Айз Седай. Какое-то время я был уверен, что мне необходимо быть с Эгвейн. Когда я оставил Отроков, чтобы отправиться к ней, я считал, что это самое правильное из принятых мною решений. И всё же, кажется, она больше во мне не нуждается. Её голова так занята тем, как стать сильной, как выполнять роль Амерлин, что у неё не найдётся места для тех, кто не собирается исполнять каждую её прихоть.
- Сомневаюсь, что всё так ужасно, как ты говоришь. Эгвейн… она должна демонстрировать свою силу. Это из-за её юности и обстоятельств её возвышения. Но она вовсе не высокомерна. По крайней мере, не более чем требуется.
Илэйн погрузила пальцы в воду, вспугнув проплывавшую мимо рыбку с золотой спинкой.
- Я по собственному опыту знаю, что она чувствует. Ты говоришь, что она хочет, чтобы ей кланялись и перед ней расшаркивались, но я готова держать пари, что на самом деле она хочет, даже нуждается - в ком-то, кому она может безоговорочно доверять. Кому она может поручить дело и не беспокоиться о результате. У неё огромные возможности. Богатство, армия, укрепления, слуги. Но она одна, так что если всё сразу потребует её внимания, то у неё просто не хватит сил.
- Я…
- Ты говоришь, что любишь её, - продолжила Илэйн, - ты говорил, что предан ей, что отдашь за неё жизнь. |