– Что тебе требуется от нас?

– Всего навсего печать на бумагах о разгрузке. Вам самим не стоит и утруждаться, ее может приложить любой писец, который смыслит в действующих...

– На настоящий момент писцов у нас здесь меньше, чем регентов. Разгружайтесь, а мы там разберемся с бумагами.

Не успевает Креслин договорить, как торопыга капитан уже спешит на свое судно. Перед юношей стоит крепкая черноволосая женщина со странно знакомой улыбкой. Где они виделись? Ему никак не удается вспомнить это.

– Капитан стражей Шиера. Регент Креслин. Регент Мегера, – каждый из соправителей удостаивается легкого кивка.

– Не было ли у вас затруднений с магами? – интересуется Креслин.

– Нет, – с усмешкой отвечает женщина, – может быть, потому, что мы убедили капитана идти под нашим флагом, – она указывает на среднюю мачту. – Правда, одна военная шхуна следовала за нами, но отстала на полпути к заливу.

Приметив на фоне лазоревого неба скрещенные черно серебряные молнии, Креслин улыбается ей в ответ:

– У тебя, кажется, полный отряд?

– Два с половиной взвода, но по большей части новобранцы.

– Вы, наверное, привезли кое какие припасы. Можно приниматься за разгрузку?

– Тут не помешали бы лошади и телеги. Целительница... Она... проявила незаурядную настойчивость. Мы привезли полевые пайки из расчета на три месяца, лекарства, семена и старое, но вполне годное к употреблению оружие, которого хватит еще на два взвода.

Креслин не открывает рта, но Мегера улавливает его изумление.

– И это не все. В Сутии целительница закупила множество инструментов для обработки дерева и камня, а передний трюм наполовину забит строительной древесиной. Вроде бы такой, какая не годится для нашего холодного климата. Во всяком случае, маршал объяснила отправку ее сюда именно так.

– Вот где настоящее волшебство! – со смехом восклицает Креслин.

Шиера смеется вместе с ним. Спустя мгновение она поворачивается к кораблю:

– Начать разгрузку!

Креслин обводит взглядом выстроившихся на палубе в полном боевом облачении стражей, примечает кучку – не более дюжины – детей и консортов. А вот и фигура в зеленом – он ожидал, что увидит ее. Клеррис уже на палубе и обнимает Лидию, и у Креслина начинает щипать глаза. Он снова переводит взгляд на Шиеру. Со спины капитан стражей определенно кого то ему напоминает...

– Это не просто политика, – замечает Мегера, придвинувшись ближе к его плечу. – Кажется, маршал нашла единственный способ сказать тебе о своей любви.

Креслин не отвечает, потому что сказать ему нечего. Он смотрит, как Клеррис и Лидия отстраняются друг от друга, улыбаясь совершенно одинаковыми улыбками. Они не держатся за руки, но близость между ними и без того очевидна.

Открывается люк носового трюма, и два матроса закрепляют над ним ручную лебедку.

– Мегера, ты не хотела бы составить компанию капитану стражей Шиере? – спрашивает Креслин. В действительности это не вопрос, поскольку у него нет сомнений: иметь дело с воительницами из Западного Оплота лучше не ему, а именно ей.

– Да, конечно, ведь капитан, надо думать, предпочитает не... Хотя, – тут ее лицо озаряет на редкость ясная улыбка, – пожалуй, мы оба можем вызывать у нее некоторое беспокойство.

Креслин тоже искренне улыбается, что в последние дни случалось нечасто.

– Мы могли бы... Впрочем, тогда мне пришлось бы объяснять, как обычный мужчина ухитрился сбежать из Западного Оплота, а тебе, наверное, пришлось бы что нибудь поджарить в знак серьезности своих намерений.