– Контрабандисты, – говорит Хайел, едва Лидия умолкает.

– Или сутианцы под торговыми флагами Сарроннина, – добавляет Мегера.

Креслин вспоминает торговца Деррилда и думает о том, какое значение может иметь быстрота оборота товаров. Отшельничий лежит на перекрестье путей между большими южными и восточными материками; его положение достаточно удобно для того, чтобы вести торговлю небольшими партиями, но зато со скорой отдачей.

– Что в Кандаре пользуется наибольшим спросом в восточных державах?

Все молчат.

– Как насчет черной шерсти?

– С ней так быстро не получится, – замечает Лидия.

– Да, – соглашается Креслин, – но рынок пряностей узок, а ткани нужны всем.

– Ты, кажется, собираешься использовать магию гармонии, чтобы получить товары, которых не будет у других? – с улыбкой говорит Мегера.

– А почему бы и нет?

– А получится?

– У некоторых горных овец есть черные пятна, – говорит Креслин, повернувшись к Лидии.

– Но на это уйдет несколько лет, – указывает она.

– В таком случае начинай как можно скорее. Возражения есть?

Мегера морщит лоб, Хайел пожимает плечами, а Шиера медленно кивает.

– Остались еще вопросы, которые следует обсудить? – спрашивает Креслин.

Собравшиеся молчат.

– Ну что ж, раз мы все обговорили, пора браться за работу.

Юноша с серебряными волосами встает из за стола, и все следуют его примеру.

– Насчет шерсти... – бормочет Креслин, подойдя к Лидии. – Ты не обижайся, я вовсе не хотел тебя подгонять. Просто...

– Конечно, ты не имел в виду ничего дурного, – отвечает целительница, глядя ему в глаза, – но чуточку поторопить меня все таки хотел.

– Ты права, – смущенно отвечает Креслин, заливаясь краской. – Просто я боюсь, что времени у нас в обрез.

– Клеррис тоже об этом твердит, – улыбается она, – но, может быть, все не так плохо. Хотя я бы не сказала, что народ так и рвется покинуть Кандар да перебраться к нам, но все же есть люди, которые могли бы основательно нам помочь.

– Черные? – переспрашивает подошедшая к ним Мегера.

– Нас попросту вытесняют из Кандара. Мы слишком осторожны и слишком озабочены несоразмерным усилением хаоса и соответствующим нарушением Равновесия. Клеррис, например, считает, что само появление Креслина связано именно с этим. Если хаос укрепляется сверх меры, должен явиться мастер гармонии. Теоретически верно и обратное: превращение Отшельничьего в мощный оплот гармонии может нарушить баланс, за чем последует усиление магов хаоса. Правда, – она качает головой, – это лишь общие рассуждения. Как обстоит дело на практике, мы не знаем.

Мегера слегка ежится и смотрит на Креслина с отстраненным видом, словно заглядывая в далекое будущее. Не желая встречаться с ее холодными зелеными глазами, юноша поворачивается к Лидии.

– Наверное, я все таки нажимаю сверх меры.

Мегера кивает.

– Без нажима с твоей стороны здесь вообще ничего бы не было, – говорит Лидия, – но рано или поздно приходит пора позволить всему идти своим чередом. Ну ладно, с вашего позволения я пойду, взгляну, как дела у Клерриса.

Улыбнувшись, целительница поворачивается и начинает спускаться по ступенькам.

Юноша выходит на освещенное солнечными лучами пространство. Его тотчас опаляет зной.

– Иногда... – тихонько произносит Мегера, но не договаривает.

– Иногда что? – спрашивает он, обводя взглядом пустой, если не считать полузатопленной, не трогавшейся с места со дня их прибытия рыбачьей лодчонки, причал.

– Иногда ты кажешься очень восприимчивым, а иногда – весьма недалеким.