К тому времени, когда шлюп, с наполовину свернутыми парусами, проходит мимо волнолома, на пристань прибывают подводы, солдаты и стражи, выделенные для разгрузки. Взвод выстраивается примерно в шаге позади регента.

Корабль швартуется, матросы готовят сходни, а стоящий на мостике Фрейгр смотрит на встречающих. Русые с проседью волосы капитана стали почти совсем седыми, а обычно гладко выбритые щеки покрывает неряшливая щетина.

«Грифон» тоже выглядит основательно потрепанным, единственный несвернутый парус наспех залатан, и весь корабль отмечен ощутимым прикосновением хаоса.

Как только сходни касаются причала, Креслин взбегает на палубу, где его приветствует Фрейгр, облаченный в напяленный прямо поверх выцветшей вязаной фуфайки зеленый с золотом кафтан. Матросы, выглядевшие так же неряшливо, как и их капитан, стараются не смотреть на регента.

– Это твоих рук дело? Я насчет военной шхуны.

Креслин кивает.

Серые глаза Фрейгра воспалены и налились кровью.

– Не скажу, что хотел бы снова там оказаться, Креслин. Или мне уже следует говорить «герцог Креслин»? А может, корону наденет твоя соправительница?

– Я не хочу претендовать ни на какой титул, Фрейгр.

– Ты не хочешь, я знаю. Но можешь ли ты себе это позволить?

– Фрейгр, как это случилось?

Капитан качает головой:

– Трудно сказать. То ли он умер от чумы, то ли был отравлен наемным убийцей. Так или иначе в городе творилось нечто несусветное. Люди умирали, и целые толпы бегали по улицам, угрожая побить камнями всякого, кто связан с Черными. А потом глашатаи объявили, что толпа захватила замок...

– Понятно. Значит, Белые направили туда войска под предлогом восстановления порядка?

– Войска?

– Да. Как они вводились, я не видел, но когда колдовской туман рассеялся, оказалось, что на равнинах стоят отряды из Джеллико и даже из Хидлена. А замок по прежнему скрывает магическая завеса.

– Так это была магия?

– Да, магия хаоса. С помощью гармонии такого не устроить.

– Но они кричали, будто во всем виноват ты. Что это ты испортил погоду.

– Насчет погоды так оно и есть, – со вздохом сознается Креслин, глядя на потрепанного «Грифона». – И, наверное, во всех напастях, последовавших за этим, тоже есть моя вина, хоть я их и не устраивал.

– Устраивал, не устраивал... это как сказать, – ворчит Фрейгр, не сводя с Креслина по прежнему суровых, налитых кровью глаз. – Ты другое скажи: что теперь мне с моими ребятами делать?

– Могу предложить тебе стать флагманом флота Отшельничьего.

– Хм... флагманом. А у меня есть выбор?

– Не уверен. Но ты можешь командовать «Звездой Рассвета», – Креслин указывает на почти лишенное парусов судно.

– Да, вы неплохо над ним поработали. Осталось поставить паруса – так мы их привезли. И запасной парусины прихватили, а провизии погрузили столько, – капитан обводит рукой стоящие на палубе бочки, – сколько могли взять на борт. Я подумаю над твоим предложением, хотя, может быть, лучше сделать капитаном «Звезды» Госсела.

– Смотри сам. Госсел мог бы сменить тебя на «Грифоне».

– Не знаю, – ворчит Фрейгр, глядя в сторону высящейся на холме башни. – Зато я с самого начала чуял, что везти сюда разом трех долбаных чародеев – это не к добру. Хотя и не подозревал, до какой степени.

Неожиданно Креслин видит высовывающуюся на палубу женщину.

– Это Синдерова сестра, – поясняет Фрейгр, проследив за его взглядом. – Когда дела пошли хуже некуда, я разрешил парням взять на борт своих жен, подруг, сестер... кого захотят. Не бросать же их там? К тому же мне подумалось, что ты возражать не станешь.