Джей вернулся на кухню и нашел фонарик. Опять пройдя в ванную, включил его и протиснулся в узкий проем.

Он найдет Шефиню.

И будет надеяться, что их альянс все еще в силе.

Понедельник, 00:40

Квартира 61А: Финансистка

– Подъехала ваша машина, – послышался голос Ведущей из динамика.

Эмили Шоу сидела за барной стойкой в кухне, уставившись на футляр с «Глоком». Она не прикасалась к пистолету с того самого дня, как его принесли.

И при звуке голоса Клэр Фаррадей чуть не подскочила до потолка. Эмили стояла у входной двери и кричала в камеру больше тридцати минут, не дождавшись никакого ответа. В итоге вернулась в кухню, налила себе огромный бокал красного вина и опустилась на один из табуретов.

– Что-что? – тявкнула Эмили. – Это вы о чем?

Она знала, что отреагировала не лучшим образом. Ей не следовало разговаривать с Ведущей в таком тоне. Господи, она ведь ехала на правом переднем сиденье машины, которая убила всю семью Клэр! А потом согласилась солгать, из-за чего ни в чем не повинная девушка попала в тюрьму.

Но… как полагается говорить с тем, за смертью родителей которого ты наблюдал собственными глазами?

– Послушайте… Простите, – пробормотала Эмили. – Просто я звала вас, и… и вы не отвечали. И я… я не вызывала машину.

Последовала пауза, после чего Ведущая раздраженно прищелкнула языком. Изображение лагеря «Уайлдвуд» на экране телевизора на кухне сменилось серией электронных писем с одноразового аккаунта Эмили. Откуда, черт возьми, эта Ведущая вообще узнала про него?

– Вы не связывались с агентством путешествий под названием… – спросила Ведущая, словно читая с экрана. – По поводу нового паспорта и других документов? И частного перелета на Мальдивы? Не потому ли у вас в сумочке фальшивое удостоверение личности?

– Ну… В общем… – продолжала заикаться Эмили.

На экране появились электронные письма с подтверждением оплаты и информацией о перелете.

– Включая трансфер до частной взлетно-посадочной полосы в Тетерборо? – уточнила Ведущая.

– Ну… В общем-то да, – призналась Эмили. Вроде как не было особого смысла это отрицать. – Но я должна была покинуть это здание где-то на этой неделе, а затем уточнить детали.

– Ну что ж, – холодно произнесла Ведущая. – Мы уточнили для вас детали. Машина внизу. Она ждет вас на кругу перед входом.

Эмили вскочила с табурета, подбежала к залитому дождем окну и прижалась лицом к прохладному стеклу. Видимость была неважной, но она все-таки смогла разглядеть заднюю часть лимузина и слабое свечение красных огней внизу, под портиком перед главным входом в здание.

И тут же отпрянула, когда от раската грома задрожало стекло.

Ее мысли беспорядочно метались. Впервые с тех пор, как увидела сообщение Софии из дома, Эмили ощутила что-то похожее на надежду. Она продержалась четыре недели. Деньги от продажи участка 617 должны уже были поступить на ее счет. Может, после всего, что произошло, ее план все-таки срастется? И она сможет сбежать?

Придется уезжать одной.

Эмили стряхнула с себя шок и страх. О Софии можно будет побеспокоиться позже. Есть ли смысл собирать вещи? Может, стоит взять пальто?

Нет. К черту все это. У нее миллион долларов на офшорном счете.