– Ну почему он такой придурок? – пробормотал он сквозь зубы. – Пусть только найдется, я его убью!

– Хоть бы нашелся, – пробормотала Ася. – Хоть бы нашелся.

Она соскользнула в сон, даже не заметив этого, и проснулась от телефонного звонка. Звонили Ивану.

– Да! – ответил тот. А потом удивленно переспросил: – Да? – и еще более удивленно протянул: – Да ну-у-у?

– Что? Что? – подскочила Ася.

Иван поднес палец к губам:

– Момент, – и сказал в трубку: – Приезжай. Жду.

– Кто это? Что с Федором?

– Это Крылов. Про Федора он не знает. Получен результат теста ДНК.

– И как? Новиков?

– Да подожди ты! – жестом попытался остановить подругу Иван.

– А почему лаборатория сообщила Крылову? Ведь тест заказывал Глеб?

– Потому что, нетерпеливая ты моя, лаборатория утром загрузила результат теста в единую базу генетической информации, и оказалось, что ДНК трупа там уже есть.

Тут Иван сделал паузу.

– И?

– И это не Новиков!

– А кто? Ваня! Ну почему из тебя каждое слово нужно вытягивать!

– Это Сохатый. Его ДНК содержится в базе, как бывшего сотрудника МВД.

– Сохатый? Но он же сдал дом Новикова Алексею.

– Разумеется, он это сделал до того, как был убит.

– Наверное, – согласилась Ася. – Надо позвонить Кристине.

У Кристины на экране ноутбука вид был совсем больной.

– Что у вас? – спросила она.

– А у вас? – вопросом на вопрос ответила Ася.

– Пока ничего. – Кристина закусила губу. Ася почувствовала, что та сейчас заплачет.

Иван рассказал о результатах теста ДНК.

– А почему тогда на нем был шарф Новикова? И на основании чего Антонина опознала труп отца? Почему сказала, что он ей не родной, хотя мы прочитали рассказ Новикова…

– Я могу ответить только на третий вопрос, – сказал Иван. – Новиков и сам мог не знать, что Антонина его неродная дочь. Иногда такое случается. Можно, конечно, спросить у его бывшей жены, но лучше прижать к ногтю эту сладкую парочку, Эдичку и Антонину, чем я сейчас и планирую заняться. Пошли, Ася!

– Ты только нам сразу сообщи, если что-нибудь станет известно о Федоре, – попросила Ася.

– Обижаешь, – ответила Кристина.

– Включи диктофон, – скомандовал Рыбак, когда они спускались по лестнице.

Эдичка сидел в столовой и намазывал масло на тост.

Иван с шумом развернул стул, уселся на него верхом.

– Рассказывай!

– Что? – От неожиданности Эдуард уронил бутерброд, и тот, как и положено, шмякнулся маслом вниз. – Что рассказывать?

– Зачем вы все это устроили?

– Что – это?

– Ты прекрасно знаешь. Снотворное, сень, шарф, труп. Нам все известно.

– Вы же понимаете, – поплыл Эдичка, – труп Сергея Егоровича когда еще найдут, а дела на фирме нужно кому-то решать. Ну вот… мы посовещались… Шарф связала продавщица с рынка, мы ей заказали, деньги заплатили. В морг передали, тоже заплатили. Покрывало вонючее из комнаты Марс забрали, чтобы нитки нельзя было сравнить. А снотворное сначала хотели подсыпать только ей, но все толклись в столовой, и ничего не получалось. Тогда Тося насыпала в чайник. Да оно безобидное было, как валерьянка. Не могла Марс от него умереть. Нас же отпустили. Под подписку о невыезде, но отпустили.

– Записала? – спросил Иван у Аси. Она кивнула. – Теперь выключай.

– А ты, – Рыбак употребил слово из табуированной лексики, – даже не надейся.