В холл валилась группа подростков.

– Вы бы отошли в сторонку, Филаретовна, – попросил охранник.

Маленькая ручка с блестящими ноготками ухватила Ивана за рукав и оттащила к лифту.

– А много он вам задолжал? – поинтересовался он.

– Двадцать тысяч, – заявила девушка, не моргнув глазом. Тем самым, который совсем недавно готовился пустить слезу и светился желанием помочь ближнему. Впрочем, это желание осталось. Не безвозмездно, разумеется.

– Давай так, я дам тебе тысячу, а ты пустишь меня в кабинет Сохатого.

– Тысячу? – Розовые губы скривились в презрительной гримаске. – Десять.

– Полторы, – вступил в торг Рыбак.

– Девять, и ни рубля меньше!

У Ивана в багажнике имелся мини-набор медвежатника. Вряд ли на двери коллеги, частного детектива, секретный замок. Да и особо ценных сведений он найти не надеялся, а зайти в гости к Сохатому хотел просто для очистки совести.

– Жаль, у меня просто нет больше, – сказал он и сделал вид, что собирается уходить.

– Ладно, черт с тобой! Пользуйся моей добротой. – В шипении Филаретовны доброты не было ни на грош. – Поднимайся и жди меня, я сейчас. Только деньги вперед!

Как и ожидалось, ничего интересного в офисе Сохатого обнаружить не удалось. Слегка подуставшая мебель – стол, шкаф, большое кресло для хозяина и три стула для посетителей, шкаф и приземистый сейф с приоткрытой дверцей, для пользования которым нужно как минимум согнуться в три погибели или присесть на корточки. Над столом – портрет президента, на левой стене, напротив большого окна, – карта полушарий. Очевидно, по мнению хозяина кабинета, и портрет, и карта должны создавать ощущение важности и надежности его предприятия, но почему-то у Ивана его не сложилось.

В розетке за столом торчал адаптер, похоже, от ноутбука, но самого гаджета не наблюдалось. В ящике стола – ничего, кроме пары ручек с обгрызенными концами и нескольких скрепок. В шкафу – несколько пустых папок с потрепанными завязками. Сейф, разумеется, тоже пуст. Даже в мусорной корзине ни клочка бумаги.

– Тут всегда так пусто? – спросил Иван у уборщицы.

– Да нет, – она покачала головой. – Обычно на столе ноутбук. Наушники у него еще во-о-от такие большие. – Она изобразила что-то вроде ушей Чебурашки. – Газеты еще всякие. Но он их в мусорку выбросил.

– А из мусорки?

– Из мусорки уже я…

– Давно?

– Конечно, я же не знала, что он уедет и не заплатит. Убралась тут у него, все честь по чести.

«Заходи кто хочешь, бери что хочешь, вот только брать-то особенно нечего», – думал Иван, покидая пустой офис. Интересно, куда делся его хозяин? Действительно занимается где-то детективной деятельностью или решил на время уйти в подполье? И если события развивались по второму варианту, то не связано ли это с исчезновением Новикова?

Глава 22

– А не пообедать ли нам с тобой? – поинтересовался Иван у своего четырехколесного друга. Тот, по обыкновению, промолчал, но, разумеется, был не против. Воспользовавшись подсказкой интернет-экспертов, Рыбак выбрал ресторан возле Одун Басар Кяпусы, или Гезлевских ворот. Особо копаться в меню, изобилующем крымско-татарскими названиями, не стал, заказал фирменное блюдо, мясо по-гезлевски, и не ошибся. Огромная тарелка бараньих ребер с жаренными на гриле баклажанами, болгарским перцем, помидорами и луком, щедро посыпанными свежей зеленью – это в декабре-то! – радовала глаз. А уж на вкус…

На город стремительно опускалась южная, без сумерек, ночь.