Глава 25

Тимур приехал где-то через час. За это время Кристина еще раз, уже более углубленно, просмотрела финансовые данные «Ура». Ее первоначальные выводы оказались верными – положение фирмы было достаточно устойчивым, доходность – высокой, задолженность поставщикам – в пределах договорных обязательств, в обозримом будущем банкротство детищу Новикова не грозило.

– Кто тут хотел почитать интересную книгу? – спросил Тимур, входя в спальню Кристины и Насти. При этом он, как истинный джентльмен, не забыл постучать.

Настя радостно бросилась к нему, и Тимур, вручив ей книгу, подхватил девочку на руки и подбросил ее к потолку. Она зашлась радостным смехом.

– Ну как день прошел? – спросил Тимур, осторожно опуская Настю на ковер.

Оба они – и Тимур, и Кристина – отлично знали, что на подобные вопросы излишне рациональный ребенок отвечать не будет. Вот и сейчас вместо ответа Настя взяла Тимура за руку и подвела к Кристине.

– Мы играли, – лаконично пояснила она свои действия, взяла Кристинину руку и сунула ее в ладонь Тимура. Кристина вспомнила хоровод в детском саду и уже сама взяла его за вторую руку. Получился круг, в центр которого тут же забралась Настя, по-прежнему прижимавшая к груди томик Даниэллы Купер.

Глаза Тимура оказались совсем близко. Кристина уже забыла, когда они стояли вот так – взявшись за руки, друг напротив друга, глаза в глаза. Руки его были теплыми, надежными и уверенными, глаза – добрыми и радостными. Кристину словно захлестнуло волной счастья. Но, как и положено волне, она почти тут же отступила. Это не счастье, а иллюзия. Чужой дом, чужой мужчина, чужой ребенок. Сейчас он разомкнет круг, развернется и уйдет. И Настя может исчезнуть из ее жизни так же внезапно, как и появилась. Вывод – не мечтать, не привязываться. Но как не привязываться к этим милым ямочкам на детских щеках. Как не таять от взгляда Тимура. Наверное, именно про такие глаза пела когда-то бабушка: «За те карие очи душу я б отдал». Что за песня, Кристина не помнила, но были там еще такие слова: «Возьми мое сердце, мне отдай свое».

Вот только Тимуру, похоже, ее сердце ни к чему – он опустил руки, круг разомкнулся, очарование момента исчезло, и Кристине даже неловко стало за свои мысли. Ну зачем она что-то придумывает, да еще и старается форсировать события? Может, действительно нужно жить одним днем, даже не днем – мгновением. Счастливым мгновением, имя бога которого носит их фирма. Кайрос – младший сын Зевса, бог подходящего времени, ускользающей удачи, мимолетной возможности. Он определенно побывал сейчас в этой комнате. Да, улетел, но, как Карлсон, обещал вернуться. И нечего ему за это пенять – счастье, оно ведь всем нужно, и Кайросу нужно побывать во многих местах. Кто-то окажется более расторопным, чем Кристина сегодня, и мгновение счастья затянется на час, на день, на год…

– Чем собираетесь заняться? – уже в дверях поинтересовался Тимур.

И пока Кристина думала, что бы такое ответить, например предложить вместе поужинать, Настя перехватила инициативу.

– Читать, – сказала она и погладила обложку книги, которую не выпускала из рук с тех пор, как Тимур вручил ее.

– Тогда не буду вам мешать.

Кристина уже прочитала роман Купер прошлой ночью и не горела желанием перечитывать его. Но обмануть ожидания Насти не могла, а потому, переодев ее в пижаму с медвежатами, уложила девочку в постель и открыла книгу на странице, на которой они вчера остановились. Сейчас, уже зная, чем закончатся похождения Алекса, она ловила себя на том, что все равно получает от чтения удовольствие. Вроде обыкновенные слова, но, начав фразу, катишься по страницам, словно по гладкому льду, не желая останавливаться. Магия какая-то, не иначе.