– А я говорил, братва, – вмешался Бобр, тоже вспомнив то чудище, – Там, где слово «совокупность», ничего хорошего не получается.

Старик улыбался, слушая танка.

– А вы… – я замялся, – Проклятье вас ведь не обошло. Последователи Гаргоса ушли от орков, но поменяли обличье.

Мы с сомнением смотрели на крылья воронов и их красную кожу. Да, они были орками, но вот этот их внешний вид и есть то самое проклятье Кольца.

– Именно, – старик опять поднял палец, – Мы сами выбрали судьбу, выбрали своё проклятье. Вы-вы-выбрали…

– Но как?

– Мы добровольно забыли наш гимн, – вступил в разговор Гралл, – Наши дети здоровы, жёны красивы, а мы сильны, как никогда!

Он бухнул себя в грудь и поморщился. Удар пришёлся по ране.

– А кикиморы болотные? А гаргульи? А тёмные эльфы? – перечислял я.

– А они забыли гимн? Не у болотных ли кикимор твой отец узнал первую ноту? – Зрячий улыбнулся.

Я пытался переварить услышанное. Да ну фигня какая-то получается…

Первые люди-титаны, которые были невероятно могучими магами, вторглись в тот мир, где жили себе припеваючи шесть магических рас.

Ну, как припеваючи… Рубились между собой, всё время воевали, лупили друг друга гимнами, как атомными бомбами. А тут вдруг в их мир пришли титаны.

Свои собаки грызутся – чужая не лезь. Как я понял, случилась совсем уж массовая заварушка, все лупанули гимнами по титанам, но что-то пошло не так. Ведь гимнов было шесть, а рас стало семь.

– Верно мыслишь, птенец, – улыбался Зрячий.

Я уже даже не удивлялся, откуда старик слышит мои мысли. Вся группа сидела и молча наблюдала за ходом моих рассуждений – «воля лидера» позволяла так делать.

Ладно. Значит, гимнами долбанули, и случился магический катаклизм. А потом магические расы оказались здесь, среди людей, которые были очень ограничены в магии.

– Людей лишили магии, птенчик, – Зрячий поправил меня, – Титаны забрали всю силу отсюда, отправившись на войну, а потом их заперли в том мире. За-за-заперли…

Я кивнул. Получалось, некоторое время после тех событий люди вообще были без магии.

Эх, Фонзу сюда, она бы сразу разобралась, чего там и как было. И сказала бы, сколько тысяч лет назад это произошло.

– Но вскоре открылись прорывы, и в людях стала потихоньку просыпаться магия, – помог мне Зрячий, – Ма-ма-магия.

– Мама магия, – весело буркнул Бобр, но тут же прикрылся, покосившись на бубенчатый меч Зрячего.

Я сказал:

– Да, я слышал, что сейчас только Прорывы дают людям магическую силу. Что «властелин той стороны» открыл их, и только благодаря этому нюбсы могут становиться магами.

– Кто знает, – Зрячий пожал плечами, – Может, это и правда.

– А может, он просто хочет вернуться сюда, – закончил я мысль, – И ни о каких людях не думает.

– А магия – побочный эффект, чувак, – подсказал Кент, – Уж я в побочках разбираюсь.

Вся группа заулыбалась.

Получалось, что вся сегодняшняя магическая система построена на страшном балансе. Вечно открытые Прорывы, через которые пытается пробиться «властелин той стороны», заодно являются источником силы.

И кто же тогда является плохим?

Оркос и компания, которые пытаются помочь «властелину» вернуться?

Или мой отец? Вот только никто вообще не знает, что задумал мой отец…

– А теперь мы подошли к тому, как мы смогли выбрать своё проклятье, тень Гаргоса, – важно сказал Зрячий.