Так ёжик подхватывал понравившийся камешек и мигом отправлял его в руки хозяйке. Пипец, как неожиданно у нашей рыжей появился удобный поставщик боеприпасов.

Колючий друг вдруг вытянул пару иголок-щупальцев вверх, зацепившись за вершину корявой скалы, и просто втащил себя туда. Чтобы снова что-то откусить от шершавой поверхности и с довольным видом захрумкать челюстями.

– Ой, это что ж теперь будет? – Биби в ужасе схватилась за щёки, а потом удивлённо посмотрела на красные пальцы.

Ведун всё-таки достал её кинжалом, и порез на щеке ещё кровоточил.

– Хана всем врагам будет, – усмехнулся Бобр, – Я теперь даже себя чувствую ущербным опять. У всех крутые ништяки, а я опять только и буду, что валяться от первого удара в стороне.

– Это судьба всех танков, чувак, – усмехнулся Кент, наконец-то присоединившись к нам.

– Ещё Кешу Тошнотворного я не слушал, – буркнул Бобр, – Мне Гиппоса Облегчающего хватило.

– Боря, не ссы, – уже я похлопал танка по наплечнику, – Ты ж ещё своего теневого бро не вызывал. Вдруг он тоже… импрувед?

Я подмигнул львице, и та фыркнула, кивая мне.

– Ядрён батон, – Боря округлил глаза, – И вправду.

– А ты чего изобрёл? – спросил я у Кента, показывая на недовольную статую в честь надзорщика-предателя, – Вроде это не совсем «банный тролль»?

– Добавил пару капель каменного зелья, щепотку сопли огра, ноготь менады, – пожал плечами алхим, – Такой интересный эффект получил…

Он потрогал шероховатые потёки на каменной темнице Ведуна, и тот замычал:

– Не трофф, нубшкая крофф!

– А когда это ты успел у мармелады ногти украсть? – слегка обеспокоенно покосился на Кента Бобр.

Наш танк не понаслышке знал, что бывает, когда игорёк начинал экспериментировать. И Кент только подтвердил его опасения:

– Чувак, у меня пассивка алхимика теперь есть. И она сама офигевает от моих задумок!

– Глуфцы! – со злостью прошипел Ведун, – Бам не офтанофить наф!

Он зарычал, пытаясь будто бы выпятить челюсть в особо злобном порыве, и до меня не сразу дошло, что надзорщик что-то замыслил.

– Не дури, – я протянул руку к свитку, – Тебе не удастся улизнуть.

Ведун стрельнул в меня глазами, прищурился, а потом резко дёрнул двумя пальцами. Всего лишь мизерное движение, но он был высокоуровневым ассасином, и поэтому ему удалось откинуть свиток в сторону Биби.

– Лофи, подфуга! – оскалился Ведун.

Биби ойкнула, непроизвольно перехватив подачу. Я в последний момент метнулся к ней, понимая, какой косяк допустил, но было уже поздно. Свиток вдруг схлопнулся в пальцах Манюровой…

И ничего не произошло. Ну, то есть, волосы на лице Биби шевельнулись от взрывной хлопушки, вверх взвилось облачко дыма, но девушка осталась стоять, в свою очередь удивлённо глядя на меня.

– Ой!

К счастью, «воля лидера» ничего страшного не показывала. Это была всё та же Айбиби, которая сама перепугалась больше, чем я. Но мне уже приходилось встречаться с хитростью Ведуна, поэтому я сразу же в ярости обернулся:

– Что ты натворил?

Ах ты ж, косячник Гончар! Надзорщик два раза переиграл тебя, и каждое его движение было частью плана.

Я дёрнулся к Ведуну, чтобы успеть просунуть ему между зубами лезвие, но было уже поздно: что-то хрустнуло в его челюсти. Не знаю, что это был за яд, но глаза бедняги вдруг остекленели, и он затих.

– Пипец, – только и вырвалось у меня, – Языка упустили…

«Воля лидера» ясно подсказывала, что мы допустили ошибку.