Это замерцала моя коса, в которой совсем недавно растворилась стрела Сул’Мелди, нашей эльфийки-куратора. А вот теперь начинается веселуха…

– Гончар! – над площадью раздался заливистый женский голос.

Но, едва из воздуха возникла фигура зелёноволосой эльфийки, как в неё воткнулся заряд магического посошка. Только одна стрела пронзила невезучего гоблина, как охотница свалилась, застыв истуканом на полу.

Её зрачки расширились, когда она увидела Семя, и тут же заполнились слезами. Руки бессильно сжимали боевой лук, но даже высокоуровневая эльфийка не могла ничего сделать.

Пара гоблинов сразу же подбежали, тыкая тесаками в мягкие места эльфийки.

– Мягко, на!

– Ух, какая, на!

– Ты думаешь, я не учёл этого? – Менэтиль расхохотался, глядя на меня, – Сюда никто не может просто так прилететь, если только я сам не открою портал. Всё, хватит.

Я кивнул ему, понимая, что после «пробуждения» Гимли мой королевский скилл долго работать не будет. Ну, что ж, ты ещё не знаешь, сколько у меня вариантов.

И от меня сразу же полетела команда Толе – все свои силы я кинул на то, чтобы он не потерял сознание. Всё-таки, Лекаря здорово приложило магией Оркоса.

«Говлит, Толя!» – рявкнул я, заставляя вздрогнуть всю команду.

«Но…» – послышался слабый голос Лекаря.

«Говлит!!!»

– Величие эльфам было дано…

Кашляющий голос Лекаря раздался среди гомона возбуждённых гоблинов, рассматривающих Семя Древа. Коротышки повернулись, удивлённо спрашивая:

– Что за нах?

– Стихи?! – даже Оркос удивился, и заулыбался, явно расслабившись, – Барды не колдуют стихами. Гончар, ну это… ну смешно просто.

– В последние минуты хочется насладиться поэзией, – я поджал губы.

– Величие эльфам было дано, прямо в небо крепко торчит. Тысячи лет стояло оно, а теперь вот давно не стоит… – нараспев, обретая уверенность в голосе, продекламировал Лекарь.

Даже Сул’Мелди выгнула шею, пытаясь увидеть, как наш бард читает стихи. Эльфийка морщилась, но не могла ничего сказать.

– Что за ужас? – Оркос покачал головой, – Узнаю мерзкий говлит.

Я же с удовольствием ощущал, как просыпается и ворочается яростным орком разум Бобра. Менэтилю было невдомёк, что «совокупность» говлитовых рифм предназначалась не ему.

– Как величье эльфам вернуть, ведь не могут совсем засадить… Выбирает последний свой путь племя ушастых летающих тить!

– Ушастая титька, на! – один из гоблинов всё приставал к Сул’Мелди, хотя охотница в этом плане и не обладала чем-то выдающимся.

Но теперь балом правили мы.

– А-а-а-а!!! – сразу несколько теневых бро выскочили из пола, разбросав в стороны гоблинов.

Один из клонов при этом с разбегу прыгнул и снёс меня с постамента. Мне в лицо дохнул запыхавшийся теневой бро:

– Жги, Герыч!

– Что за?! – Оркос метнул в нашу сторону магию, но мы уже свалились за постамент.

Неожиданное обретение Семени Древа и явление духа Гимли внутри Биби сделали своё дело – я почуял, что могут двигаться уже все тиммейты.

Зарычала кошка и сразу же завизжали гоблины. Вот метнулась Фонза, схватившая с пола кусочек мела. Полетело зелье Кента, превращая какого-то гоблина в кусок камня.

Через волю лидера я понял, что Женя хочет нарисовать свиток телепортации, чтобы открыть портал для преподов. Значит, надо прикрыть её.

– Вы, жалкие щенки, не знаете, с кем связались! – Оркос заорал, поднимая над головой посошок, и время вокруг замедлилось.

Все движения и гоблинов, и моей команды стали тугими, растянулись во времени.