– А вот со вторым делом всё никак не получалось, – цыкнул Менэтиль, – И даже то, что «властелин» заполучил к себе Чекана, никак ему не помогло. Бард клюнул на наживку, но…

Он покачал головой.

– Моя мама, – сказал я.

– Да, Гончая всё испортила, – кивнул Оркос, – Оставила в этом мире тебя, бомбу замедленного действия. Ну, подумать только, ведь и вправду всё получилось почти так, как она задумала!

Он обвёл нас всех взглядом:

– Семь игроков, среди которых бард. А ты знаешь, что среди вас есть кровь всех семи магических рас?

– Э-э-э, – только и вылетело у меня.

– Ни хрена себе, – вырвался мощный бас Бобра.

– Ну с тобой, громогласный наш пухляш, всё понятно, – Оркос улыбнулся, – Где-то в тебе течёт зелёная оркская капля.

– Ништяк, – Бобр кивнул, и Менэтиль поскрёб задумчиво затылок.

Он подошёл к Боре и коснулся его нагрудника, проверяя, работает ли магия.

– Что, Гоблинос, не так чего-то? – весело спросил Бобр.

– Гоблинос? – тот даже удивился.

– Ну ты раньше с орками болтался, и был Оркос, – Боря оскалился, – А теперь Гоблинос, ядрён батон!

Менэтиль нахмурился, а потом схлопнул ещё свиточек на груди Бобра.

– И? – спросил Боря.

– Не понимаю… – Оркос растерянно отошёл, а потом стиснул посошок, – Да и ладно, это ничего не меняет.

– В нём кровь Гаргоса, – осенило меня, и я засмеялся, – Твоя же, Менэтиль. Вот и не работает магия, ведь ты сам выпил зелье непослушания под Баттонскиллом, помнишь?

– От которого я чуть не двинул кони… – вырвалось у Менэтиля, и он ещё раз подошёл к Бобру, – Что, родственничек, значит?

И он махнул гоблинам окружить Бобра на всякий случай. Те выстроились вокруг, приготовив тесаки для удара, если вдруг наш танк сможет двигаться.

А Оркос ткнул в меня:

– Кровь человека, – потом перевёл палец в сторону львицы, – У неё кровь дриады.

Указал на Бобра: «Орк!»

Лекарь – «Эльф».

Айбиби – «Гном».

Ткнул в Кента – «Гоблин».

Ну и в конце палец остановился на Фонзе:

– Кентавры, как это ни странно, – Менэтиль улыбнулся, глядя в удивлённые Женины глаза, – Ну, это же совсем чуть-чуть крови, но для пророчества вполне хватает.

Он хлопнул в ладони, и статуя за мной раскрылась. Раздвинулись щупальца, и оттуда вышла… тётя Надя. Всё такая же худенькая, стройная, с короткой, по жёлтому цыплячьей причёской.

Я едва не свернул шею, пытаясь разглядеть её. Взгляд у тёти Нади был пустым, словно за ними не было ни грамма разума.

– Не беспокойся, Гончар, она действует не по своей воле, – весело бросил Оркос, – Магия крови вообще интересная штука, и зря твои родители вообще за это взялись.

Я стиснул зубы. Эх, в этот раз не получится вот так вот разгадать секрет статуи, с семечкой дриады под языком. И семечки нема, и свободы.

– Когда мы узнали у твоей тёти, что ты прошёл в детстве обнуление, – Оркос с восхищением взглянул на меня, и это было неприятно, – Я был поражён! Даже «адская магия» пасует перед «магией крови», и это оружие дали мне в руки твои родители.

– Ты мне в руки дай оружие, козёл, – зло бросил Бобр, и гоблины вокруг закричали на него наперебой:

– Молчать, нах!

– Не говори ни хрена!

– Как говорится, что посеешь, то и пожнёшь, – с умным видом произнёс Оркос.