Ночь должна была давно закончиться, а лошади — уже показаться. Однако нам как-то не особо везло. Или что-то еще являлось тому причиной.

Нет, мне это все было очень даже по душе. Я-то никого убивать не хотел. А вот Печатник начинал злиться. Он напоминал курящийся вулкан. Живешь ты возле такого лет десять, живешь, но все поглядываешь, не рванет ли сегодня. Нам не повезло. Точнее — Моровому.

— Ты куда нас ведешь⁈ — наконец взорвался Саня. — Давно уже должны были выйти на табун.

Вечно молчаливый Федя гневно обернулся и посмотрел на Печатника с такой злобой, какую не скрыла бы и самая темная ночь.

— Как вижу, так и веду.

— Так погляди получше.

— Мужики, давайте успокоимся, — я встал между ними. — Драка наше положение точно не улучшит. Надо продолжать двигаться. Только немного отдохнуть. Витя еле ноги волочит.

— Взяли, на свою голову, — раздраженно сплюнул Печатник. — Пять минут и продолжаем.

Мы уселись возле дерева. Надо отметить, что даже я чуток устал — футболка прилипла к спине, ноги гудели, а легкие намекали, что надо начать бегать или быстро ходить. В общем, устроить хоть какие-то нагрузки для организма. Хотя по сравнению с Витей я выглядел как марафонец после первого километра. Он чуть ли не хрипел, пытаясь отдышаться.

Я отдал остатки своей воды, которую догадался прихватить из дома. Впрочем, «догадался» — немного не то слово. Я взял поллитровку, думая, что ночное приключение быстро закончится. А тут нужна была пятюшка как минимум. Плюс термос с чаем и бутерброды.

Вообще я очень плохо подготовился к походу. Наверное, потому, что не знал об этом самом походе. Вот остальные ратники собрались лучше. У Аси на поясе висели два клинка, отдаленно похожие на ятаганы, а за плечами виднелся туристический рюкзак. Моровой, как только мы углубились в лес, достал со Слова какую-то рогатину. Оружия Печатника я не видел, но мог поклясться, у того тоже что-то есть.

Я хотел было сказать, что только мы со Следопытом простодыры. Но нет, стоило Вите присесть, я увидел выпирающую через одежду кобуру. Понятно, идиот с ножиком для полировки ногтей тут только я. С другой стороны, у меня больше ничего и не было. Но выход имелся — хотя бы заехать в Подворье, там я видел оружейную лавку. Правда, что с того? Меч не делает человека воином просто из-за факта существования.

Следопыт жадно допил мою воду и с виноватым видом протянул обратно пустую бутылку. Мол, «извини, что не оставил, но ничего не могу с собой поделать». Я махнул рукой, чтобы он даже не думал заморачиваться. Хотя пить хотелось ужасно. Но это фигня. Я же рубежник, у нас такие скрытые резервы организма благодаря хисту… Любому верблюду фору дадим.

Однако судьба оказалась милостива и предстала в виде Аси с внушительной фляжкой.

— Вот, держи, — протянула она мне. — Кто-то у Василя взял. Это медовуха, сразу бодрость появится.

— «Кто-то»? — спросил я, отпивая сладкий и пряный напиток.

— Ага. Я шла, вижу — дверь в машине открыта. А там фляжка лежит.

— Я думал, что воровать вроде как нельзя.

— Так это и не воровство, — пожала плечами Ася. — Машина чужанская, а не рубежника какого. К тому же фляжка, когда я ее увидела, как раз на землю упала. Значит, уже ничейная. Не пропадать же добру. И если ты не следишь за своими вещами, то сам виноват.

Я кивнул. Нет, не потому что был согласен с Асей. Просто понял ее точку зрения. Я еще давно прочитал где-то про готтентотскую мораль. Говоря проще, если у меня украдут козу — это плохо, если я украду козу — это хорошо.