— Мне не важно, сколько кто приложил сил и что сделал, — отчеканил Дед. — Важен лишь результат. Другие члены предлагали наказать провинившегося…

Шуйский с ненавистью посмотрел на Старика. Потому что понял, кто эти «другие». Агата бы не посмела, Виктору не хватило духа. К тому же, общался Дед только со Стариком.

— Но мне кажется, сейчас не время для выяснения отношений. Нужно делать дело. А именно — убить захожего. Точнее, Бедового. Такое у этого ведуна прозвище.

За столом повисло тягостное молчание. Каждый ждал, что решение подскажет сосед. Первым не выдержал Шуйский.

— Я могу сам убить его. Пробраться и…

— Что будет, если тебя поймают? — спросил дед.

— Кто? Там из кощеев лишь Илия. А он не сможет уследить за всеми. Если понадобится, прорвусь силой.

— Горяча у тебя кровь, — проговорил Дед. — Вот только это глупо. Ты не знаешь, где живет Бедовый. Потому для его поиска понадобится время. И… — Трепов поднял палец, давая понять, что он еще не закончил. — Это не все. Именно сейчас в Выборге кощеев чуть больше, чем один. Туда приехал Ткач. И как я понял, уезжать не собирается.

Вот теперь Шуйский прикусил язык. После смерти Вранового у него не осталось глаз и ушей в северном городе. Точнее, было несколько рубежников, которые раньше предоставляли за деньги различные сведения. Однако отношения с ними носили непостоянный характер. И после убийства законноотступника те посчитали самым разумным залечь на дно. И не сказать, чтобы Даниил не понимал их.

А вот Ткач — это серьезно. Ткач невероятно опасный противник. Конечно, для того, кто соберется вступать с ним в схватку.

— Но оставлять все так нельзя, — подал голос Виктор. — Еще несколько рубцов и этот Бедовый узнает все о реликвии.

— Так предложи что-то конкретное, вместо того, чтобы ныть, — огрызнулся Даниил. — Как убить захожего?

— Я знаю, — подал голос Старик.

С каким бы предубеждением не относился Шуйский к этому рубежнику, тем более после того, как тот предложил его «наказать», но теперь обратился в слух. Как и остальные.

— Надо просто дождаться его там, где не будет никого, кто мог бы помочь захожему.

Старик противно улыбнулся, обнажив два отсутствующих с правой стороны зуба. Шуйский мало что знал о Минине. Только то, что в свое время пошумел в Москве, а после вроде как затих, притаился. На рожон сроду не лез, спокойно себе лелеял хист, будто малого ребенка. Если попытаться вспомнить, где всплывало имя Михаила Минина за последнюю сотню лет, так сходу и не получится. Даже во времена попыток передела рубежных земель, когда у чужан гремели революции, нигде не засветился.

— Где это место? — спросил Даниил, стараясь скрыть злобу.

— Известно где. Там, — Старик показал большим пальцем себе за спину.

Однако каждый понял, что он имеет в виду. Изнанку.

— Как заставить его отправиться туда? — задала еще один важный вопрос Агата. Если бы она не спросила, Шуйский бы сам его озвучил.

— Вы, молодые, стараетесь все по верхам забрать, — стал шамкать Минин. — А сути часто не ухватываете. Изнанка — наша слабость. Она манит, зовет. Потому что только там рубежник может обрести истинную силу. Такую, какой здесь и не пахнет.

— Я слышал, что там рубежники только лишаются сил, а не приобретают их, — не смог не уколоть говорившего Шуйский. — Всякий знает, что Изнанка сосет из нас хист.

— Разве кто-то говорит, что это не так? Да, Изнанка забирает хист каждый раз, когда ты его выпускаешь. Оттого «скользить» там можно лишь ведунам, да и то не рекомендуется. Однако и Изнанка щедра на дары, если ты найдешь особый ключ к ней.