Недорогой по сравнению с деньгами, которые у меня были. И раза в три выше по ценнику моего собственного аппарата. А что? Черноух в очередной раз избавил меня от неприятностей, отвел Вранового. Поэтому и его надо чем-то отблагодарить. И что-то мне подсказывало, он будет очень рад такому презенту.

К тому же, мне не хотелось начинать каждый день с «прикуривания» машины. Пусть лучше слушает музыку, до которой он такой охотник, легальным способом. Правда, я чуть подумал и приобрел наушники. Митька — он же как ребенок, поэтому точно первые несколько дней спать не будет. А вот мне напротив, спать бы очень хотелось.

Оставшееся, включая продукты и выпивку (меня скоро все алкомаркеты Выборга в лицо знать будут) я купил без всяких приключений. И зарулил за Костяном. На повестке дня стояло событие по сложности сравнимое разве что с освобождением крепости Измаил от турков. В роли крепости выступал мой друг. В роли грозных османов — его законная супруга.

— Привет, — махнул я рукой парочке «Твикс».

— Привет, — окинула Ольга мрачным взглядом мою новую машину. В глазах ее мелькнуло нечто вроде удивления, однако Костяновская жена тут же погасила эту эмоцию. — Куда это вы собрались?

— На дачу ко мне, — ответил я. — В смысле не ко мне, а к родственникам. Троюродная тетка попросила за домиком приглядеть в «Цветущем мысе». Ничего такого: баня, водка…

И еле сдержался, чтобы не добавить «гармонь и лосось».

— В общем, обычная мужская посиделка.

— Ага, а еще девушки доступного поведения. Знаю я эти ваши мужские посиделки!

— Откуда? — вырвалось у меня на автомате.

Ольга на миг покраснела, но мне не удалось сбить ее с панталыку. Жена Костяна стала в предпоследнюю по степени закрытости позу — скрестила руки на груди и глядела исподлобья. Последняя степень бы была, окажись у нее дробовик.

— Оля, ничего такого. Там из всех мужиков — сосед, которому лет шестьдесят, да племянник.

— Племянник? — почему-то одновременно спросила чета Коротковых.

— Я же говорю, помимо дачи тетя оставила своего сына. Сказала, присмотреть.

Видимо Ольга поняла, что настолько изощренного вранья со стольким множеством деталей мне не придумать. Поэтому нерешительно кивнула. А зря, я в последнее время поднаторел в этом деле. Скоро в депутаты можно будет идти. От рубежного одномандатного округа.

— Ладно, — сказала она. — Я наберу по видеосвязи. И долго не задерживайся. Чтобы в десять был дома.

— Угу, тебе завтра в школу, — хмыкнул я.

Но то ли Ольга моего комментария не услышала, то ли мудро сделала вид, что я ничего не произнес. После коротких и непродолжительных напутствий: «много не пей», «веди себя прилично» и «опоздаешь — убью», Костян оказался в машине. Сияя, как начищенный пятак.

— Мотя, откуда в твоей буйной голове только фантазии такие берутся? — восхищенно спросил он.

— Ниоткуда, — ответил я, выруливая из двора. — Там правда племянник. И старик-сосед тоже будет. Хороший мужик, тебе понравится.

Лицо Костяна стало похоже на какой-то переспелый фрукт. Того и гляди расползется по швам.

— Какой племянник? У тебя же кроме бабки сроду никого не было!

— Я тоже так думал. А вот недавно нашлась тетка… Отсюда, кстати, с Выборга. Она в разводе, есть сын.

Честно говоря, я очень сильно парился над тем, как рассказать Костяну об изменениях в своей жизни. Если появление денег на машину еще как-то удалось оправдать, то с какого рожна я вдруг так резко переехал?

Спасение Митьки усложнило многие аспекты существования. Однако, вместе с тем упростило объяснение каких-то бытовых вещей.