— Неужели гулять хочешь? Потерпи, куда ж я сейчас пойду с тобой!

Малыш уселся у ее ног. На волшебный глагол «гулять» он почему-то никак не прореагировал.

Зато Наташа вдруг вскочила, как будто ужаленная новой мыслью, и кинулась к двери, на ходу запахивая халат и вытирая слезы ладонью. Армен! Ну конечно, вот кто ей нужен сейчас!

Она выбежала на лестничную клетку, но, сколько ни давила кнопку звонка, ответом ей была тишина. Не работает. Совсем отчаявшись, Наташа отчаянно заколотила в дверь кулаками. Ну открой же, открой, ну пожалуйста!

— Ты не возражаешь, если я присяду? Думается, нам предстоит долгий разговор…

Максим совсем растерялся. Совершенно непонятно было, как вести себя с этим странным человеком (да и человеком ли? Он не смог бы с уверенностью ответить на этот вопрос), возникшим из ниоткуда.

— Да, да, конечно, садитесь…

— Благодарю. — Незнакомец опустился в кресло и удобно устроился, скрестив руки на коленях. Он не спешил начать разговор, только смотрел изучающе и чуть насмешливо. Под этим взглядом Максим чувствовал себя очень неуютно, тем более что и в лице его собеседника была какая-то странность — оно все время менялось, словно отражение в воде, когда поверхность подернута мелкой рябью.

Максим зажмурился и потряс головой, как будто все еще надеялся, что видение исчезнет.

— Можешь не стараться, — собеседник снисходительно улыбнулся, — я действительно здесь и говорю с тобой. Странные вы все-таки существа — люди! Очень уж непоследовательны. Хотя… — он мечтательно улыбнулся, — если подумать, именно это придает вам порой особую прелесть!

Лицо его приняло выражение гурмана, рассуждающего о вкусе устриц в лимонном соусе. Потом, будто спохватившись, он вдруг заговорил серьезно:

— Но — к делу. У нас не так уж много времени. Итак, ты хотел знать, кто я такой и что мне нужно от тебя? Изволь. Если ты еще не догадался, я — тот, кого ты наделил таким множеством имен. Грозный Дух, Аррасин-Тет, или… — он сделал маленькую паузу, — Король Террора.

Он сказал об этом так спокойно и просто, словно пассажир в спальном вагоне дальнего следования представляется случайному попутчику, с которым предстоит провести несколько суток в вынужденной близости из-за тесноты купейного вагона.

«Ничего себе! Так что, я и правда сижу и беседую с персонажем собственного произведения, вымыслом, химерой, плодом фантазии — запросто, будто со старым знакомым? Вот так, наверное, и сходят с ума… Или по башке получил слишком сильно? Говорят, последствия сотрясений мозга еще до конца не изучены».

— Так ты… то есть вы… и правда существуете? — еле выдохнул Максим. Он понимал, конечно, что это звучит глупо, по-ребячески, но удержаться не смог.

— А ты сомневался? — усмехнулся его собеседник. — Ты так подробно и со знанием дела описал меня, а теперь — не веришь? Я, конечно, не живу в пещере на склоне холма с непроизносимым названием, а в остальном — все верно.

Он подумал немного, чуть улыбнулся и добавил:

— Имя еще какое-то странное — Аррасин-Тет! Но мне определенно нравится. Откуда ты взял его?

— Ниоткуда. Сам придумал, — буркнул Максим.

— Да, впрочем, не важно. Все это — только слова.

Максим вздрогнул. Надо же, он чуть ли не слово в слово повторяет его собственные мысли! Но собеседник, кажется, не заметил и продолжал говорить:

— Важно другое — ты слишком близко подобрался ко мне, любезный писатель, слишком близко! Я не знаю, как это тебе удалось. К тому же появление твоей книги очень несвоевременно сейчас — по многим причинам.