– Когда мы вышли, Мадлон была с Жоржем, – вспомнила мадам де Буань. – Я уверена, что он благополучно проводил ее до дому.

Жорж Брэн был высоким, молчаливым, довольно некрасивым парнем, который весь вечер с нескрываемым интересом смотрел на Мадлон Ровена совсем о нем забыла.

– Вы правы, – медленно выговорила она, хотя мысль о том, что Мадлон оказалась одна в его компании, вовсе ее не радовала.

– Поступим так, – предложил Робер Корден. – Вы все возвратитесь к карете и будете ждать меня там. А я пойду искать мадемуазель Карно.

– И я пойду с вами, – торопливо сказала Ровена. Не обращая внимания на протесты других, она взяла Робера под руку и поспешила с ним через улицу.

– Совершенно случайно они увидели Мадлон, согнувшуюся пополам у ворот дома, где она пыталась укрыться от бегущей толпы. Ее платье было порвано, а из пореза на плече текла кровь. Когда они подбежали к ней, она стояла, съежившись и стонала, прижимая руки к животу.

– Боже ты мой! – хрипло воскликнул Робер. – Мадемуазель Карно, что с вами? У вас серьезная рана?

Увидев покрытое испариной лицо кузины, Ровена сразу поняла, что случилось. Она обняла ее за плечи. Мадлон тяжело дышала.

– Не трогай, не трогай.

Приступ боли опять согнул ее пополам, она не смогла закончить фразу, но Ровена сразу же ее поняла.

– Месье, вы не смогли бы найти карету? Моя кузина не в состоянии идти.

– Конечно, конечно, – пробормотал Робер, глупо оглядываясь вокруг.

– Он так напуган, что не может сосредоточиться, – неприязненно думала Ровена. – Как же от него избавиться? Если бы он только знал, что происходит с Мадлон! О, как ей в эту минуту был нужен Квин!

Мадлон снова застонала.

– Больно, – прошептала она. – О Боже, как больно!

– Чего вы ждете? – прикрикнула Ровена на Робера. – Идите!

Он ушел. Ровена встала на колени и крепко прижала Мадлон к себе.

– Я хочу домой, – шепотом говорила Мадлон, с трудом сдерживая рыдания. – Ровена, забери меня, пожалуйста, домой.

– Обязательно заберу, дорогая, – пообещала Ровена. Но как? Она осмотрелась вокруг и увидела группу мужчин в ярко-красной форме, которые один за другим быстро выходили на улицу из дверей кафе. Они стояли у края тротуара и озабоченно беседовали с комиссаром полиции. От группы отделился один человек и стал наблюдать за дорогой. Ровена узнала в нем Тарквина. Слава Богу, он был цел и невредим. Видит ли он ее? Махая рукой, она окликнула его. Он быстро обернулся и, заметив Ровену, поспешил к ней. Выражение лица у Тарквина было сердитым.

– Ровена, Богом заклинаю, мы же с тобой говорили.

Он сразу же замолк, когда увидел, что Мадлон прижалась к Ровене и дрожит всем телом. Быстро нагнувшись, он поднял ее с такой легкостью, будто она была ребенком.

– Мадемуазель де Бернар! – закричал Робер, кинувшись им навстречу через улицу. – Я нашел для вас карету! Она остановилась вон там. Поторопитесь!

Следуя за ним, Тарквин осторожно уложил Мадлон на подушки внутри кареты, затем помог сесть Ровене. Дверца резко захлопнулась прямо перед носом ошеломленного Робера, и карета резко тронула с места. Тарквин с озабоченно-хмурым видом смотрел на Мадлон.

– Надо что-то сделать, чтобы остановить кровотечение.

Ровена быстро взглянула на него укоризненным взглядом.

– Ради Бога, не дуйся на меня. Я вижу и знаю, что с ней происходит. А известно ли это тебе?

– Да, – шепотом ответила Ровена.