– Мы не будем ждать остальных? Тетя Софи покачала„головой.

– Жюсси и майор Йорк решили остаться на ночь с Джейми, и я не могу сказать, что осуждаю их. Это выздоровление кажется невероятным, не правда ли?

– Да, почти чудесным, – согласился Симон. Позвонив в медный колокольчик, он начал раздавать почту, которую Арман доставил раньше из Сента и которую он отложил, когда вошла его сестра.

– Что-нибудь интересное? – спросила Ровена, садясь и шелестя юбками.

– В основном счета и газета для майора Йорка. И тетя Софи получила два письма из Парижа.

– Пишет ваш дядя Анри и Мадлон тоже, – нетерпеливо пояснила тебя Софи.

– Как хорошо, – сказала Ровена многозначительно. – Как насчет свадьбы?

Тетя Софи печально нахмурила брови.

– Боюсь, что далеко не так хорошо, как хотелось бы. Считаю, что ты, моя дорогая, должна вернуться со мной в Париж.

Ровена сразу успокоилась.

– Почему? – спросил Симон. – Что-нибудь не так?

Тетя Софи нервно поежилась.

– Из письма Анри я поняла, что он все больше сопротивляется планам Мадлон.

– Что вы имеете в виду, тетя? – спросил Симон.

– Ну, например, он говорит, что список гостей состоит уже почти из четырехсот гостей. Четырехсот! Может от этого девочка потерять голову? Как, скажите на милость, мы сможем их всех принять?

– Не каждый день Мадлон становится графиней, – заметил, усмехаясь, Симон.

– Что я могу сделать, чтобы помочь вам, тетя? – спросила Ровена, предостерегающе хмурясь на своего брата.

Тетя Софи выглядела встревоженной.

– Точно не знаю. Но мне кажется, что я должна быть в Париже, пока Мадлон осуществляет свои свадебные планы. Временами она бывает такой упрямой. Думаю, что она скорее прислушается к разумным доводам, если на нее будешь влиять ты, Ровена. Сейчас в самом деле нет необходимости оставаться тебе здесь, когда состояние Джейми улучшилось. Уверена, что ты можешь вернуться в Париж хотя бы на несколько недель, чтобы помочь со свадьбой. Ну что, Ровена?

Ровена даже не вспомнила, что еще вчера не желала находиться в том же месте, где и Тарквин.

– Конечно, тетя, – сказала она со слабой улыбкой, – я буду счастлива поехать с вами.

Когда с едой было покончено, Ровена, не теряя времени, бросилась к Вдовьему дому. Она обещала Симону помочь со счетами, но сначала она должна поговорить с Квином, сообщить ему хорошие новости. Как он обрадуется! Она не думала о том, как обрадовалась этому сама.

Задыхаясь от волнения, Ровена кинулась вверх по ступенькам, хлопнув за собой дверью.

– Ровена!

Она застыла в холле, увидев высокую фигуру Квина на верху лестничной площадки. Ее сердце болезненно сжалось, и пальцы схватились за перила.

– Что случилось? Не... не Джейми?

Он спустился к ней вниз, улыбаясь так, что сердце Ровены екнуло. В этот миг он был самым красивым мужчиной, какого она когда-либо видела. Дойдя до последней ступеньки, он заключил ее в свои объятия и спрятал лицо в ее волосах.

– Он собирается жить, Ровена. Фрау Штольц и я пришли к выводу, что свертывание крови закончилось, это означает, что поврежденное легкое должно поправиться. Лихорадка не возвращалась уже двадцать часов, и, ты знаешь, – голос его дрогнул, – Джейми только что сказал мне, что он хочет есть.

Ровена обвила руками его шею.

– О, Квин, я так рада!

Они обнимали так друг друга некоторое время, затем Тарквин мягко посадил ее напротив себя.