— И что же будем делать? — нетерпеливо переспросил Лешка.

— Надо сжечь машину. Глядишь, на дурака сойдет, что они сами потеряли управление и улетели с шоссе. Будем надеяться на дождь, что он смоет все лишние следы.

— А если не сойдет? — уныло поинтересовался Серега.

Я и сам думал точно так же, но сказал совсем другое.

— Вот тогда и увидим, — жестко ответил я. — У тебя есть более интересные варианты? Предложи.

Он промолчал, и я велел ему:

— У тебя в машине была запасная канистра с бензином, тащи её сюда, быстро. А ты, Лешка, помоги мне наших пассажиров обратно в машину усадить, пускай братки едут в свой последний путь.

Сергей заторопился за канистрой, а мы не без труда запихали двоих рослых бугаев обратно в машину, одного — за руль, а второго — на пассажирское место и с трудом закрыли за ними дверцы.

— А что будем делать с чемоданами? — кивнул Лешка на открытый багажник, в котором стояли чемоданы, и на оставшийся на траве чемоданчик с руки пассажира. — И с оружием?

— Надо оставить все на месте, и автоматы, и этот чемодан с деньгами в машину положить. Пускай горят, — махнул я рукой. — Это наш шанс. Черт бы с ними, с деньгами. Нам спокойней будет. Увидят, что деньги сгорели, и все прочее на месте, может, и поверят в несчастный случай.

— А если не поверят? — усомнился Лешка.

Я тоже так думал, что не поверят. Но что нам оставалось в данной ситуации, кроме слабенькой надежды?

— А если не поверят, тогда отыскать нас дело не более чем пары дней, если не меньше. Так что оставить все на месте это наш единственный шанс, по крайней мере, остаться в живых.

— Ну уж нет! — услышал я за спиной возмущенный голос Сереги. — Если мы попали в такую жуткую историю, если уж рисковать головой, так хотя бы знать — за что. По крайней мере чемодан с деньгами надо взять.

— А остальные чемоданы? — спросил Лешка, шумно сглотнув.

И я сразу понял, что для него вопрос о том, что делать с чемоданами, не стоит, судя по всему, увидев пачки денег, он для себя все решил, несмотря на то, что за рулем джипа, протаранившего и сбросившего в кювет девятку, был именно он.

— Надо сжечь все, — категорически настаивал я.

— Ты когда-нибудь видел столько денег? — спросил меня в лоб Серега. Ты что, думаешь, мы не заметили, что ты крепко сидишь на мели? Да на тебе это огромными буквами написано. Ты во что превратился? Ты хотя бы в зеркало на себя посмотри. И ты можешь отказаться от денег, которых тебе, скорее всего, хватит на всю оставшуюся жизнь?! Ты помнишь, как ты, ещё в школе, на вопрос преподавателей о том, когда же ты поумнеешь, неизменно отвечал: "когда мне стукнет миллион"? Помнишь?!

— Ну, помню я эту дурацкую присказку, была у меня такая когда-то. И что дальше?

— А то! — подскочил Лешка. — Ты что — не понимаешь?! Тут больше чем миллион! И не рублей, рыбья твоя голова! Долларов! Это же не у каждого даже раз в жизни такой момент бывает! Ну! Решайся!

— А вы сами понимаете, на чьи деньги вы замахиваетесь, вы понимаете, какие в этой игре ставки? Если в кого-то за эти чемоданчики стреляли из автоматов, нам запросто сбреют головы. Вам-то зачем это?! У вас же приличное положение, карьера, красивые жена и невеста.