— Справится, не волнуйся. Ладно, по последней. За то, чтобы все удалось. А потом я трезвею, очень быстро трезвею — утром дел невпроворот. Главное, сильная вода нужна. Свежая, только из реки. А то старая выдохлась.

— Мы же с тобой так ею упились… Неужели можно еще сильнее?

— Конечно, можно. Если бы не выдохлась, мы бы от такого количества водяры умерли. А мы с тобой что-то еще кумекаем. И даже песни не поем, а ведем философские разговоры.

Роман поглядел на часы.

— Ну, все, держись. Я пошел трезветь. — Роман вдруг рассмеялся.

— Ты чего?

— Всегда мечтал иметь импортную тачку. Теперь на твоем «форде» погоняю.

Глава 8

ЧЕРВЬ

Над водой влажными слоями висел туман, цепляясь за черные ветви прибрежных ив. Река вздохнула, приветствуя своего повелителя.

— Ты мне не нравишься, — сказала река.

— В каком смысле? — Колдун пытался казаться легкомысленным и беззаботным.

— Да в таком, что слишком себя изматываешь. А тебе много силы понадобится в ближайшие дни. Ох как много. Беда висит над Темногорском. Привалила темным облаком. Неужели не чуешь?

— Чую, конечно. Но это еще не повод бросать друзей в беде.

— Эх, Роман, изменился ты сильно. Теперь являешься, лишь когда я тебе нужна. А раньше приходил просто так, без повода: на бережку посидеть, посмотреть на струю бегучую. А теперь все некогда тебе, тревога гложет, дело непосильное…

— Я приду, — пообещал колдун. — Только развяжусь со всем этим безумием, так и приду. Мы с тобой обо всем поговорим. Ведь ты у меня — самая важная, самая главная, дороже никого нет.

Река плеснула волной, довольная. Но тут же встревожилась, зарябила:

— А Надя?

— Не надо сравнивать то, что несравнимо.

— Ты же готов был меня за нее отдать, — настаивала река.

— Не тебя — себя. Я ведь тебя отдать не могу. Дар свой, связь с тобой — могу. А тебя — нет. Не в моей власти.

— Ой ли?

— Не в моей власти, — повторил он. Она обиженно заплескалась:

— Эх, ну почему я прощаю тебя всякий раз! Почему прощаю!

— Да потому что я тебя люблю.

— Да? А ведь верно! — Река забурлила. Волна подкатила под ноги колдуну. — Верно, противный!

Потом был черед выполнять задуманное. Колдун вернулся в Темногорск, зашел в больницу, взял у Леонида, как было оговорено, приготовленный образец ткани. Вернулся домой.

— Рома, Ромочка, у нас сегодня суп-харчо. Тина готовила. Вкуснятина! — сообщила Лена, распахивая дверь. — Жаль, Казик еще суп не ест.

Она говорила фальшиво, приторно, явно хотела что-нибудь выцыганить. Схватила колдуна за руку. Бесполезный фокус — он умел блокировать ее дар. Вот и сейчас не позволил пробиться, хотя это и отняло много сил.

— Погоди с супом. Я сейчас.

Он прошел в кабинет, налил в стеклянную банку пустосвятовской воды, вытряхнул в нее образец из пробирки и произнес заклинания. Вода сделалась белой, как молоко. Роман одобрительно кивнул. Все пока шло как надо.

— План такой, — стал объяснять он Стену, — стираю с тебя все следы гамаюновских фокусов, ранки залечиваю, и ты — новенький, здоровенький, как огурчик. Воды я привез сотню литров. Хватить должно, и еще на выпивку останется.

— Пахнет вкусно, — заметил Алексей.

— По-моему, вообще ничем не пахнет. — Колдун прикрыл банку чистой тряпицей.

— Я имею в виду, с кухни.