Но у моря оказалось хорошо. Мальчик-крыса и девочка-хорек поселились в замке у самой воды. Над замком летали чайки, а возле ворот гуляли павлины. Каждое утро гостям наливали шампанское, каждый вечер – вино. Мальчик-крыса и девочка-хорек даже развеселились. Но ненадолго.

На седьмой день в замке мальчик-крыса и девочка-хорек нашли павлинов мертвыми у ворот. На восьмой весь морской берег был серым от трупов чаек. На девятый – мальчик-крыса и девочка-хорек узнали об этом позже – в одну из трех городских больниц пришла кошка, официантка пляжного кафе, которая сказала, что у нее ветрянка. Она вся стала пятнистая, как леопард, у нее была температура и ломило кости. Она заболела ветрянкой второй раз в жизни, хотя так почти не бывает. Ну, она так думала. А потом ее сыпь превратилась в ужасные огромные волдыри, лимфатические узлы воспалились и лопнули, температура поднялась до сорока и она захлебнулась кровью насмерть. Еще через пару дней заболел ее доктор. И его друзья-доктора.

Это была не ветрянка, какая-то другая болезнь, которой еще позже ученые подобрали код из цифр и букв, а больные жители города нашли прозвище – «приморская птичка», ведь с птиц все началось. На второй неделе их отстреляли, но это не помогло. Болело все больше жителей, многие по-разному. Кто-то – совсем легко и выкарабкивался, кто-то погибал, но не от кровоизлияний, а от удушья, у кого-то вместо сыпи была пневмония. Но пока больных было десять, сто, даже двести – мало кто что-то замечал. И даже когда больные появились в двух соседних городках.

Потом заметили и стали просить помощи. До короля морской страны было не добраться, потому лендлорды заболевающих городов обратились к соседям. Те испугались: что, если «птичка» прилетит и к ним? А если вовсе в столицу? Нельзя: скоро же праздник, День Давнего Разрушения Ужасной Тюрьмы, ну а на другом конце страны горит лес. В общем, дел много. Поэтому лендлорды-соседи сказали: «Мы пришлем докторов, а еще возьмем у вас зараженную кровь, чтобы помочь с лекарствами и прививками, и даже поговорим с королем. Но вы пока лучше носите маски и сидите по домам». Это был не совет, а приказ, но лендлорды больных городов этого не поняли. Тогда к ним прислали стражу. Стража приехала раньше врачей и окружила заболевающие города мрачным черным легионом. Она никого больше не выпускала.

Мальчик-крыса, девочка-хорек и много других чужестранцев не хотели иметь с «приморской птичкой» ничего общего и попытались уехать: у них даже были билеты на самолет. Но стража не выпустила и их со словами «Вы хотите, чтобы заболели ваши родители и друзья?» «Но мы здоровы!» – робко возразила девочка-хорек, а стражник мрачно ответил: «Уже есть те, кто переносит птичку бессимптомно и только заражает других».

За мальчика-крысу, девочку-хорька и других не заступились их лендлорды: попытались, но немного. Они тоже не хотели «птичку» к себе: у них жило еще больше людей, раскиданных по огромным землям, и если бы вдруг тут что-то вспыхнуло, лендлорды вряд ли уследили бы за бедой. И хотя риск был маленьким, ведь мальчика-крысу, девочку-хорька и других соотечественников можно было просто где-то запереть и проследить, не заболеют ли они, король решил надеяться на их храбрость и стойкость. Пусть посидят со всеми, пока соседи придумают лекарство или все как-то кончится само. Пусть. И мальчик-крыса с девочкой-хорьком сидели. Долго сидели в замке, наблюдая, как небо и пляж становятся все серее, горожан на улицах все меньше, а белых машин с тревожными огоньками на крышах – все больше.