– И меня ненавидишь? – перебила Марти. Она понимала, что на взводе, и с ужасом цеплялась левой рукой за правое запястье.

«Стой. Стой, ты не можешь и не должна давать лучшей подруге в зубы. Она не соображает, она не виновата». Это я твердила себе, сидя напротив Аси, всматриваясь в нее и подспудно понимая: я не соображаю и сама. Например, не соображаю, за кого мне обиднее, за себя или за капитана из истории? А может, за Леву и Крыса, или за Сашку, Нику, или…

– Девчонки!

От полного погружения в этот маленький ад – и от рукоприкладства, возможно, – Марти спас знакомый голос. Из кустарника вылетела Сашка: растрепанные волосы живописно пестрели листвой, глаза блестели, развевались по ветру концы зеленой ленты. Саша плюхнулась на мостки и опустила руки в воду; немного поболтала ими, поболтала в воздухе ногами. Она, видимо, остужала мозги после экзамена и пока не замечала напряжения между подругами. А может, наоборот, заметила и просто давала время прийти в себя, сделать вид, что все хорошо. Прежняя Сашка вряд ли бы так сделала, сразу ломанулась бы выяснять, что стряслось у любимых подружек. Новая стала… не то чтобы отстраненнее, но определенно не хотела сама соваться в то, во что не приглашают.

– Я думала, вы про меня забыли и уехали, – наконец заявила Саша слегка обиженно. – Я вас по этим кустам уже минут пятнадцать ищу!

– Куда же мы без тебя, Пушкин. – Марти невольно улыбнулась. Сашка все-таки одним появлением умела разрядить атмосферу. – Как сдала-то?

– Отлично, я и не ожидала, билет был так себе, про этого чудовищного «Полковника», которому не пишут, прости господи. – Саша выпрямилась и отряхнула руки. – Хотя сейчас всем ставит пятерки. Шуганулась тетка, собиралась ведь головы рубить. А… – Она перевела взгляд на Асю и все же уточнила: – У тебя… у нас все в порядке?

Ася молчала, нервно сжав губы. «Ну да, за исключением того, что она нас ненавидит», – вертелось на языке у Марти. Но так было нельзя.

– Да. Болтаем о жизни, – произнесла она, решив попробовать сменить тему. – Точнее, о… фольклоре. Ты вот слушала, чем я заработала пятерку?

Саша, обеспокоенно косясь на Асю, все же кивнула и даже изобразила энтузиазм.

– Про капитана? Конечно! «Чайка» моя еще вспомнилась почему-то.

– И… что думаешь ты, ну, насчет этого персонажа? – Марти натянуто усмехнулась. – Он, конечно, не Родриго, не такая душка. Но все-таки.

– М-м-м… – Саша устроилась на досках поудобнее – полулегла – и глянула в небо. – Честно, Марти? Я думаю, что этот капитан балда. Вот.

Марти не сдержалась, прыснула. В этом была вся Сашка: не «козел», не «человек» с маленькой буквы, не «Человек» с большой, не «Свидригайлов». Балда – и все. Марти с трудом согнала с лица улыбку, понимая: Асю, слушавшую насупленно и вяло, это может разозлить. Саша тем временем развивала мысль:

– Во-первых: не повернул назад просто из тупого упрямства и страха перед мнением других. Во-вторых: сгубил кучу людей, которые ему доверяли. В-третьих: тому, кто его полюбит, подружится или что там надо, я в ноги готова поклониться, потому что, думаю, терпеть такого психованного барана очень трудно. Но мне его жаль, Марти. – Саша вздохнула. – Вот правда. Как представлю себе такого сердитого, усталого, заблудившегося дядьку… Так и хочется подойти и что-нибудь хорошее сделать – по голове, что ли погладить, бороду почесать.