|
Я то сам уже и не замечаю… – Вот чего он, оказывается, не предусмотрел. Надо будет срочно что то придумать. – Я привез твоему брату еще семенного зерна.. Корана принялась благодарить его за такую заботу об их маленькой ферме. Потом засмущалась, Джексон решил разговорить ее как следует и предложил свою помощь в сборе лозы, – Владетель, то есть я, желает сам испробовать все, чего требует от своих подчиненных, – заявил он в ответ на ее робкие возражения. Работа пришлась ему по душе. Когда собралась большая вязанка, он предложил отвезти лозу домой на драконе – при условии, что Корана полетит вместе с ним. Она непритворно испугалась, но Джексом заверил ее, что не станет пользоваться Промежутком, поскольку она одета слишком легко. Пока Рут кружился над фермой, они с Кораной успели несколько раз поцеловаться, и Джексом решил, что отныне девушка будет для него не просто предлогом для отлучек. Ссадив ее наземь и сгрузив собранные прутья, Джексом послал Рута через Промежуток на свое горное озеро. Купание в холодной воде отнюдь его не прельщало, но возвращаться в Руат, не избавившись от запаха огненного камня, было бы по меньшей мере неразумно. Джексом долго мыл и скреб песком белую шкуру товарища. Потом отстирывал провонявшие фосфином штаны и рубашку и сушил их на солнце, развесив по кустам. Солнце тем временем перешагнуло полуденную черту: его отлучка угрожающе затягивалась, флирт с Кораной не мог объяснить ее всю. Пришлось рискнуть и вернуться в утро, в первую половину дня. И все таки он не учел одной тонкости, из за которой их с Рутом вылазка едва не была разоблачена. Джексом обедал, когда его сознания коснулся отчаянный призыв дракона. – Рут меня зовет, – объяснил он, выбегая из за стола. "В животе жжет,..” – явно очень страдая, пожаловался дракон. «Ох, скорлупа! Это камни, – мчась безлюдными коридорами, мысленно ответил ему Джексом. – Скорее наружу! Лети на сторожевые высоты, туда, где Вилт всегда выбрасывает золу…» Рут вовсе не был уверен, что сумеет взлететь. «Чепуха! Ты же сам говорил, что всегда можешь летать!” – Еще не хватало, чтобы Рут опорожнил свой второй желудок прямо в вейре. Чего доброго, Лайтол решит выяснить, какая беда стряслась с белым драконом и почему это Джексом выскочил так поспешно из за обеденного стола, “Я не могу сдвинуться с места, – простонал Рут. – Мне плохо…» – Все в порядке, ты просто должен отрыгнуть золу огненного камня, – вбегая в вейр, сказал ему Джексом. – Драконы всегда отрыгивают ее: она не идет дальше в кишечник… «По моему, действительно не идет…» – Только не в вейре. Рут! Пожалуйста!.. Все напрасно: в следующий миг на полу уже дымилась кучка мокрого коричневого песка. "Теперь мне куда лучше.” – виновато глядя на Джексома, очень тихо сказал дракон. – Не слышишь – Лайтол не идет? – встревоженно спросил его Джексом. Сам он не слышал ничего, так колотилось сердце от волнения и от быстрого бега. Нет, Лайтола не было слышно, и Джексом опрометью кинулся в двери и далее на задний двор за совком и ведерком: “Только бы успеть вымести, пока весь вейр не пропах…” Он работал со всей возможной быстротой и сумел уместить золу в одно ведро. По счастью, Рут проглотил куда меньше огненного камня, чем требовалось для полного четырехчасового боя с Нитями. Джексом вынес ведро и засыпал душистым песком пятно на полу. И с некоторым удивлением спросил еще раз: – Лайтол не идет? "Нет”. Джексом наконец позволил себе перевести дух и ободряюще потрепал Рута по шее. Следующий раз они с ним вряд ли забудут извергнуть золу где нибудь в безопасном месте… Вернувшись за стол, Джексом не стал давать никаких объяснений, да их у него никто и не требовал – еще одно свидетельство вновь приобретенного уважения ближних. |
