|
Об этом тоже лучше было не думать. – Ты точно знаешь, в какое время лететь? – еще раз спросил он Рута. Две золотистые королевы тотчас подлетели к ним и ласково заворковали. Одна, более смелая, даже опустилась Джексому на руку глаза ее весело замерцали. "Они знают, – сказал Рут. – И я знаю”. – Ну, я очень рад, если они согласны нас проводить… Только лучше бы они все таки видели звезды! Джексом еще раз глубоко вздохнул, потом взобрался Руту на шею и направил его домой. Как только он принял решение действовать, следовать этому решению оказалось на удивление легко, Всего то и надо было. что поменьше задумываться. Он приготовил летный костюм, крепкую веревку и меховую шубу – закутать яйцо. Потом проглотил несколько мясных колбасок и не спеша вышел из холда, заговорщицки подмигнув Бранду: пускай думает, будто он снова отправился на свидание. Гораздо труднее оказалось упросить Рута вываляться в черной грязи, которую морской отлив оставил в дельте реки Телгар. “Твоя белая шкура будет слишком заметна в тропической ночи, – терпеливо убеждал Джексон друга. – Да и на бенденской площадке Рождений нам с тобой лучше держаться в тени…" Из того, что наговорили Руту две королевы, Джексом заключил: Древние в самом деле унесли яйцо в прошлое и поместили его в самое подходящее для этого место – в теплый песок потухшего кратера, того самого, где со временем предстояло появиться Южному Вейру. Джексом изучал расположение звезд, видимых с Южного континента: может быть, он сумеет определить время с точностью до одного двух Оборотов. Но для начала ему придется полностью положиться на Рута, похвалявшегося, будто всегда знает, в каком именно времени находитсяОгненные ящерицы всей оравой последовали за ними в дельту Телгара и с большим энтузиазмом взялись размазывать по чистой шкурке Рута липкую черную грязь. Джексом натер ею свои руки и лицо и блестящие пряжки амуниции. Что до шубы – она и так была из темного меха. В глубине души Джексому все еще не верилось, что это происходит именно с ним, что это он, а не кто иной, ввязался в столь отчаянную авантюру. Однако иного пути не оставалось. События были предопределены; теперь его ничто не могло остановить. Он спокойно оседлал Рута, как никогда доверяя себя способностям своего дракона. И дважды глубоко вздохнул. – Ты знаешь, куда и в какое время лететь. Давай, Рут! …Несомненно, это был самый долгий, самый холодный его прыжок. В отличие от Лессы, он знал, на что идет. Но это знание не избавило его ни от ужасающей тьмы, ни от тишины, которая, казалось, гремела в ушах, ни от мертвящего холода, пробиравшего до костей. “Когда повезем яйцо, – мелькнуло у Джексома в голове, – нельзя будет перескакивать в один прием. Придется останавливаться и греть его." А потом они возникли над миром, погруженным во влажную теплую тьму, пахнущую роскошной зеленью и чуть чуть – подгнившими фруктами. На какой то безумный миг Джексому даже подумалось, не угодили ли они прямиком в сновидение какой нибудь ящерицы, уснувшей па солнцепеке. Но Рут бесшумно заскользил вперед, и легкий ночной ветерок, овевавший лицо Джексона, убедил его, что все было вполне реально. И тут он увидел яйцо: светящееся пятнышко далеко внизу, чуть правее головы Рута, Дракон продолжал плавно снижаться, пока Джек сом не рассмотрел восточный край чаши Вейра: именно с той стороны он собирайся со всей мыслимой скоростью ворваться вовнутрь, подгадав свое вторжение к моменту рассвета. Достигнув края, он послал Рута в Промежуток, Ему показалось, прыжок совершился мгновенно. Теплые утренние лучи ударили в спину. Рут стрелой кинулся в Вейр. Прижимаясь к земле, он пронесся над головами сонных бронзовых драконов и их всадников, клевавших носами. Мгновенный, точный бросок – и сильные передние лапы Рута обхватили яйцо. Еще един отчаянный бросок, на сей раз вверх – и прежде, чем переполошенные бронзовые успели хотя бы встать на ноги, маленький дракон взвился в воздух и… …и его крылья совершили следующий взмах по другую сторону Промежутка, на том же самом месте, но на один Оборот дальше в прошлое. |
