«Она хочет сражаться до конца».

Поэтому я волоком оттащил ее от эпицентра взрыва. Она была оглушена, но старалась встать на колени, пока я срывал с нее рацию, а сорвав, отшвырнул в сторону и крикнул:

— Сейчас я приведу помощь!

И побежал в сторону аптеки.

Не успел я вырваться из клубов черного дыма, Зейн, который состряпал и швырнул коктейль Молотова, с разворота ударом ноги выбил водительское окно у «БМВ». Стекло оказалось противоударным и пошло трещинами, похожими на паутину. Вторым ударом он снес всю раму вместе с треснувшим стеклом. Рассел щелкнул замками, открывая дверцы, выдернул провод зажигания из рулевой колонки и использовал отвертку как ключ. Мотор взревел. Рассел и Зейн стремительно вырвались на угнанном «БМВ» со стоянки, минуя толпу, завороженно глядевшую на горящую патрульную машину. «БМВ» с выбитым окном остановился на достаточно большом расстоянии, чтобы мы успели запрыгнуть в него со всеми нашими вещами, а затем сквозь облако черного дыма, визг и улюлюканье противоугонных систем и приближающиеся сирены пожарных машин с ревом вырвались из огненного столпа.

32

— Посмотри на меня! — завопил я, обращаясь к Зейну, пока Рассел гнал наш «БМВ» сквозь ранние сумерки предместий Нью-Джерси.

Устроившаяся рядом со мной на заднем сиденье Хейли сказала:

— У тебя половины бровей не осталось.

— Не говоря уже о здоровом румянце, — добавил Рассел.

Зейн, сидевший на переднем пассажирском сиденье, промолчал.

Ветер врывался в выбитое окно.

— Я шикарно держался! — крикнул я.

— Ничего подобного, — ответил Рассел, наугад сворачивая налево. — Тебе всегда кажется, что ты шикарно держишься, когда разговариваешь с женщинами, но что-то не похоже.

— Это была не женщина! — завопил я.

— Видишь, — заметил Рассел, — ты был так смущен, что все перепутал.

— Это был полицейский!

— Верняк, — кивнул Зейн. — И она тебя чуть не сцапала.

Он покачал головой.

— Хорошо, что Хейли с Эриком тайком следили за тобой. Если бы офицер Зеркальные Глаза усадила тебя в свою машину, нам бы всем крышка. Или тебе пришлось бы кормить ее сэндвичами, пока она проводила обыск.

— Ты чуть не сжег меня!

— Да, маленько не рассчитал. Я метил в переднюю часть машины, так, чтобы огонь от взрыва нанес тебе минимальный вред.

— Но взрыв был классный, — сказал Эрик.

— Круто, — добавил Рассел.

— Зато теперь они знают…

— Не так много, как если бы тебя задержали, — успокоил Зейн. — Единственное, что теперь у них есть, — это смутное описание гражданина, который пытался спасти жизнь полицейскому, когда начался этот ад кромешный.

— А скоро они получат еще и заявление об угнанной машине.

На улицах Нью-Джерси вспыхнули фонари. Был обычный час пик, но нам удавалось избегать пробок.

— Эх, раздобыть бы здешнюю карту, — сказал Рассел, поглядывая на окрестности, разбросанные вдоль клубка дорог — городских, окружных, штата и федеральных, — по которым мы ехали.

— Веди так, чтобы океан был слева, — посоветовал Зейн, указывая на стрелку, судя по которой пляжи были в миле отсюда.