Я закрыл глаза, позволяя его предвкушению смешаться с моим собственным. Наша связь пульсировала тёмной энергией. Два хищника, готовых к охоте.

«Добыча. Погоня. Кровь».

Образ, который послал мне Тень, был простым и ясным. Никаких сложных концепций, никаких абстракций. Только первобытный инстинкт охотника, почуявшего жертву.

Я улыбнулся.

— Да. Настало время охоты.

Глава 9

Интерлюдия Мира

Мира больше всего любила работать ночью. Именно тогда она становилась тем настоящим призраком, который взламывал одну сеть за другой. На часах высвечивалось почти три часа ночи. В кружке стоял уже давно остывший кофе, а она продолжала поиски под умиротворённое гудение вентиляторов «Титана». И то, что она видела перед собой, мягко говоря удивляло. Это было словно кроличья нора, в которую Мира падала всё глубже с каждой минутой.

Она сидела в темноте, освещённая лишь голубоватым свечением мониторов. На основном экране мелькали строки кода, на планшете — сканы документов с отвратительным качеством, которые хоть как-то пыталась вытянуть программа по распознаванию. А папка «А. Д.» за последние два часа выросла вдвое.

Алекс попросил её помощи, и вместо того чтобы взламывать банковскую ячейку, она тут же бросилась помогать. В общем, вела себя как полная дура. Ну, почти как полная дура. Всё-таки не призналась, что именно она тот самый исполнитель, который будет собирать информацию по прошлому Алекса. Ей было неприятно называть ему цену, но иначе вся легенда пошла бы коту под хвост. Благо Алекс не из тех людей, кто может понимать, сколько в действительности стоит такая работа, и поэтому она назвала цену почти в три раза ниже самой нижней планки рынка.

После той ночи, когда Морган и Вольф вломились в квартиру Алекса, Мира решила копнуть глубже. Узнать, во что он влез. Понять, от чего — или от кого — его нужно защищать. Он сам попросил её найти информацию о приюте, и она собиралась сделать это в любом случае. Просто начала раньше, чем планировала.

Она не ожидала, что найдёт… это.

Приют «Светлый путь». Государственное учреждение для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Основан тридцать два года назад, финансируется из городского бюджета, проверяется комиссией раз в год. На бумаге — великолепное образцовое заведение с кучей регалий. А в реальности — типичная дыра, где детей кормят, одевают и стараются не замечать до совершеннолетия.

Взломать их базу данных было… Мира даже не могла назвать это взломом. Скорее больше похоже на вежливый стук в незапертую дверь. Пароль администратора не менялся три года. Шифрование отсутствовало как класс. Файрвол был настроен так криво, что она могла бы обойти его с закрытыми глазами и одной рукой, попутно варя кофе.

Десять минут — и она внутри. Ещё пять — и перед ней личное дело Алекса Доу.

Вернее, то, что от него осталось.

Мира нахмурилась, глядя на скудные записи. Для ребёнка, который провёл в приюте четырнадцать лет, информации было подозрительно мало. Словно кто-то специально вычистил всё интересное, оставив лишь сухой костяк.

Имя: Алекс Доу (присвоено при поступлении)

Она перечитала эту строку дважды. Присвоено при поступлении. Значит, настоящего имени никто не знал. Или не захотел записать.

Дата поступления: 15 марта, четырнадцать лет назад.

Возраст при поступлении: приблизительно 3 года.

Совпадает с тем, что помнил сам Алекс.

Обстоятельства: доставлен в приют неизвестным гражданином. Родители не установлены. Документы отсутствуют.

Мира откинулась в кресле и потёрла виски. Трёхлетний ребёнок, которого привёл случайный прохожий. Без документов, без имени, без истории.