Почувствовав сильный ожёг кожи, вор дико заорал и, разжав пальцы, резко выдернул ладонь из кошелька. Размышлять над дьявольским фокусом вору не позволила жгучая боль и неожиданная атака крупной птицы.

— Держи вора! — громко повторила призыв хищная птица, спикировав на голову ошеломлённого противника, вцепилась острыми когтями в его ухо и сильно тюкнула крючковатым клювом по темечку.

Вор ещё сильнее взвыл от боли и попытался здоровой рукой отмахнуться от крылатого агрессора.

Попугай, воспользовавшись паникой врага, ловко свалился за спину вора и по крутой дуге спланировал точно на выроненный вором кошель. Зажав кожаный мешочек в крепких когтистых лапах, попугай взлетел к потолку каменной арки. Ещё секунда, и птица выпорхнула в узкую улочку, оставив бедного вора с разодранным ухом, кровоточащей раной на темечке и обожжённой ладонью. Вскоре на коже появятся волдыри, ибо они возникают как реакция тела на термический ожог, в котором организм усомниться не мог, ведь сигнал поступил прямиком в мозг.

Василиск был вполне доволен результатом эксперимента: получилось не только точно передать сильный сигнал в чужое сознание, но и обойти барьер, блокирующий прямое внушение. До сих пор юному телепату удавалось лишь осторожно посылать абоненту отдельные образы, которые воспринимались им как собственные мысли. Однако управлять чужим сознанием не позволял внутренний контроль абонента. Нервная система и мозг человека намного сложнее, чем у птиц и животных, не говоря уж о более разветвлённой паутине информационных каналов в астральном поле.

— Молодец, Орёлик! — принял в протянутую ладонь выпущенный из лап попугая кошель Василиск.

— А у тебя, синьор, действительно, птица охотничья, — когда чуть смолкли восторженные аплодисменты зрителей, с завистью глянул на усевшуюся на плечо хозяина птицу цирковой старшина. — С таким пернатым артистом можно интересные номера на манеже устраивать. Не согласишься ли продать попугая?

— Лучше я сам цирк куплю, — подбросил в ладони тяжёлый кошель юный синьор.

— Цирк не продаётся, — звеня бубенчиками на колпаке, покачал головой шут. — Мы вольная труппа, бродим по свету сами по себе.

— Ну, тогда продайте часть цирковых атрибутов. Я для себя наберу артистов.

— Синьор, любой каприз — за хорошие деньги, — протянул открытую ладонь шут.

— Я считаю, что суммы в кошеле хватит на покупку походной повозки вместе со всем цирковым имуществом, — бросил на ладонь шута звякнувший монетами кошель самонадеянный синьор.

Шут взвесил на ладони развязанный кошель, заглянул одним глазом внутрь. Чтобы избежать любопытных взоров рядом стоящих зевак, вытряхивать и пересчитывать серебряные дублоны не стал. Плата казалась более чем щедрая.

— Ну, коллега по ремеслу, пойдём, выберешь себе набор инвентаря, — кивнул в сторону стоявших на краю площади крытых повозок шут и по брусчатке потащил за собой на верёвке корзину с продуктами.

— Меня устроит стандартный набор бродячих циркачей, — следуя за шутом, пожал плечом юноша. — Пёстрые балахоны, маски, набор предметов для жонглирования: разноцветные кольца и булавы, а также метательные ножи.

— Бытовой походный скарб из расчёта на скольких артистов? — деловито уточнил бывалый бродяга и пояснил: — Одеяла, кухонная утварь, корзины для провианта и фуража.