Ведомый призрачным духом сарацинского мастера, Сармат произвёл два точных попадания стрелами, вбив их наконечники рядом с ушами юноши.

— А теперь бей между ногтями, — Василиск отвёл левую руку в сторону, прижав ладонь к доске, и поставил мелом четыре белые точки между растопыренными пальцами.

Сармат в размеренном темпе метнул четыре стрелы, вонзившиеся точно в белые отметки.

— Даже и не знаю, что легче: стрелять или стоять у щита? — вытирая со лба испарину, выдохнул Сармат.

— Ну так испытай, — улыбнулся Василиск. — Становись к щиту, а я буду метать по твоему контуру ножи. Мне тоже надо тренировать крепость духа и меткость.

— Я знаю, что ты, Василий, в этом деле настоящий мастер, — отложив в сторону лук, занял место живой мишени Сармат. — Но, все же, постарайся не обрезать мне уши.

Василиск достал из сундука метательные ножи циркового трюкача, а вместе с ними моментально получил мастерство всех прежних хозяев ножей. Юноша и до этого хорошо владел холодным оружием, но циркачи нарабатывали свой опыт десятилетиями упорных тренировок — даже Василиску было чему поучиться у выдающихся мастеров. Шут, продавший уже изрядно сточенные ножи, не подозревал, что вместе со старым железом он вручает конкуренту опыт лучших мастеров династии бродячих трюкачей. Причём чародей сумел почерпнуть опыт даже у наставника этих циркачей, тоже державшего в руках эти клинки, старого мастера — лучшего из лучших в искусстве метания ножей. Заточенный кусок железа являлся лишь маяком, по которому чародей — телепат находил в астральном поле некогда записанную информацию и тут же копировал, сам становясь её носителем.

Сармат стоически, не моргнув глазом, выдержал окантовку своей фигуры железными клинками.

— Пожалуй, самому метать острое железо мне нравится больше, — переведя дух, честно признался Сармат.

— Вот и будешь опыт нарабатывать, у тебя ещё два дня есть, — выдёргивая ножи из досок, обнадёжил Василиск. — Сегодня тренируешься под присмотром духа мастера — сарацина, а завтра придётся рассчитывать уже только на свои силы.

— Сурово, — покачал головой Сармат. — Надеюсь, чародей, после этого ты не заставишь меня плеваться огнём, как индский факир?

Василиск отрицательно покачал головой:

— В Инде за подобный трюк не сжигают на кострах, как в Метрополии, поэтому в епархии испаньольских инквизиторов мы никаких магических фокусов показывать не будем.

— А в Индских пределах, значит, начнём чудить во всю силу? — с прищуром глянул на бесшабашного чародея Сармат.

— Ну это, смотря, как дела пойдут, — пожав плечами, не стал отрицать такую возможность Василиск.

Как и планировалось, первые двое суток артисты бродячей труппы репетировали номера цирковой программы на судне, а на третий день сошли в порту, купив в местном отделении колониального управления патент на работу и пару крепких лошадок. На следующее утро цирковая труппа провела первое выступление на рыночной площади. Несмотря на будний день и малочисленную публику, артисты получили достойную оценку своим талантам. Разумеется, хождение Акробата по канату с одновременным жонглированием разноцветными булавами и кольцами особого ажиотажа не вызвало. А вот на цепного ягуара, потешно изображавшего дрессированную собачку, захотели взглянуть не только покупатели, но даже и продавцы временно оставили свои лавки на помощников.