Всё это время наручники и ошейник медленно наполнялись извергаемой им через заклинания маг-энергией.

Энергия растекалась по внутренним слоям серебра и, упираясь во внешний, откатывалась назад, до собственного источника, то есть, до самого мага. Тот, получив, пусть ослабленный, но всё же болезненный импульс, ставил непроизвольно защиту, в результате чего энергетический «гребень» катился обратно, к внешнему слою. Дальше всё повторялось по новой.

Колебания маг-энергии затухали менее чем за секунду. Я определял это «на глазок», через руну «познание». Рейна использовала более продвинутый метод. За распределением энергополя по серебру она наблюдала с помощью «магоскопа» — прибора, нашедшегося в закромах мастера Балия. На каждом этапе эксперимента мы обменивались данными и передавали их Лике, для записи в «лабораторный журнал».

Когда же исследования подошли к концу, Тур вытер ладонью вспотевший лоб и указал на скрючившегося в клетке Хубаруса:

— Куда теперь этого? Сразу в расход или сначала попробуем камню скормить?

От «шутки» подопытный вздрогнул. Как действует пустоградский камень Баат на имперских магов, он был явно не в курсе. Но, видимо, что-то «такое» ему рассказывали. Только не мы, а его же начальники.

— Э, нет, торописса не надо, торописса не надо. Это наш гость. Важно вылечить. Важно вернуть обществу полноценного человека, да? — спародировал я «товарища Саахова» из известной комедии, решив подыграть «охотнику».

— Ага. Значит, к камню, — ухмыльнулся тот, ухватив мага за шкирку и вздёргивая его на ноги. — Ну что, болезный, потопали?..

На центральную площадь, где находился алтарь, Хубарус шёл, словно на эшафот. Ноги у него то подламывались, то заплетались, поэтому приходилось взбадривать приговорённого то добрым словом, то хорошим тычком.

Уже перед камнем я приказал снять с мага наручники. Но только наручники. Ошейник с него снимать пока что не стоило.

В конце концов, если экспериментировать, то по полной. Подействует сила Баат на типа с антимагическим артефактов на шее или не подействует — этот вопрос интересовал нас не меньше тех, ответы на которые уже были получены.

Как вскорости выяснилось, посеребрённый ошейник для силы Баат не помеха.

Так же, как и у прежних подопытных, секунд через десять-пятнадцать руки Хубаруса будто прилипли к камню, затем его глаза закатились, потом он издал какой-то не слишком понятный полувздох-полувсхлип и плюхнулся задницей на брусчатку.

Мы с Туром переглянулись. Приятель показал большой палец. Я покачал головой и нахмурился.

Когда Хубарус пришёл в себя и поднял на нас взгляд, радости у него в глазах я не почувствовал.

— Вы всё равно меня грохнете, — пробормотал он, поёжившись.

— Почему? — изогнул я бровь.

— Слишком уж много на мне… всякого. А ещё, — он внезапно скривился, как от зубной боли, — мне с вами не по дороге.

— Хочешь вернуться к своим? — усмехнулся «охотник». — Надеешься, тебя пожалеют? Типа, волшебники пятого уровня слишком ценный ресурс, чтобы им разбрасываться?

— Нет! — дёрнул щекой имперец.