|
«…известные под названием Женщина из Ла-Бре. Предположительно ей было восемнадцать лет, рост 4 фута 8 дюймов, и, судя по результатам радиометрического анализа, умерла она 9000 лет тому назад. Хотя причина ее смерти, а также каким образом ее останки оказались погребенными в смоляной массе (которую обычно называют дегтем), так и осталось невыясненным». Картер уже догадался, что последует дальше. «Женщина из Ла-Бре больше не одинока!» Почему это все больше и больше начинает напоминать сценарий фильма «Невеста Франкенштейна», а он, Картер, становится похож на безбожника Виктора Франкенштейна? «Обнаруженные в колодце № 91 на открытых раскопках на территории музея, доступной всем посетителям, эти останки еще не привязаны к какому-либо определенному временному отрезку…» Картер перестал читать и снова поднял глаза на директора. — Тут говорится, что останки еще не датированы. — Но это так и есть, — невозмутимо заметил Гандерсон. — Конечно, ведь их еще даже не извлекли наружу! — Картер взмахнул листком пресс-релиза. — Писать об этом преждевременно. И не только потому, что мы еще не извлекли останки, мы даже их толком не разглядели! Они до сих пор остаются в смоле. — Вот что, доктор Кокс. — Гандерсон всем телом подался вперед. — Мы совершили потрясающее эпохальное открытие, и лично я не вижу никаких причин прятать голову в песок. От внимания Картера не укрылось это «мы». Гандерсон откровенно примазывался к их открытию. — Известно ли вам, — продолжал меж тем директор, — что музеи и исследовательские институты, подобные нашему, должны как-то выживать? Картер промолчал, впрочем, ответ был совершенно очевиден, и директор продолжил: — Деньги. И что, по-вашему, заставляет эти деньги поступать на наш счет? — Останки доисторического человека? — Новости! В данном случае этими новостями являются останки доисторического человека. Сенсационными новостями, должен сказать! Картер понимал, к чему клонит директор, и винить его было трудно, он тоже родился и вырос не в пещере. К тому же одному только богу ведомо, сколько усилий и времени тратил этот человек, выбивая гранты и организуя фонды для научно-исследовательских работ. Но идти против истины он не хотел, просто не мог. — Я вас понимаю, сэр. Но неужели нельзя немного подождать? Мне всего-то и надо, что еще два опытных человека в группу, несколько часов дополнительного времени, второй автоматизированный блок для поднятия ведер и ночное освещение. Ночью прохладнее, работать будет легче. — А еще сказали, что поняли меня, — проворчал Гандерсон. — Все, что вы просите, стоит денег. Как раз сейчас финансовое положение музея крайне затруднительное и… «Может, тогда стоит мыть окна не три, а два раза в неделю», — подумал Картер. — … как раз сейчас рассматривается вопрос о выделении нам сразу нескольких грантов. Открытие такого масштаба, если правильно разыграть эту карту, значительно повысит наши шансы и может принести немало дополнительных средств, не говоря уже о потоке посетителей, который возрастет многократно. Можете представить, какие толпы народа будут ломиться на вашу площадку с колодцем, посмотреть, как разворачивается эта драма? Да, Картер вполне мог это представить. Это была одна из главных причин, по которой он не хотел публикации этого пресс-релиза. |
