|
- И мне кажется действительно будет более порядку, - скрепил Виргинский. - Итак на голоса! - объявила хозяйка. - Лямшин, прошу вас, сядьте за фортепьяно: вы и оттуда можете подать ваш голос, когда начнут вотировать. - Опять! - крикнул Лямшин; - довольно я вам барабанил. - Я вас прошу настойчиво, сядьте играть; вы не хотите быть полезным делу? - Да уверяю же вас, Арина Прохоровна, что никто не подслушивает. Одна ваша фантазия. Да и окна высоки, да и кто тут поймет что-нибудь, если б и подслушивал. - Мы и сами-то не понимаем в чем дело, - проворчал чей-то голос. - А я вам говорю, что предосторожность всегда необходима. Я на случай, если бы шпионы, - обратилась она с толкованием к Верховенскому, - пусть услышат с улицы, что у нас именины и музыка. - Э, чорт! - выругался Лямшин, сел за фортепиано и начал барабанить вальс, зря и чуть не кулаками стуча по клавишам. - Тем, кто желает, чтобы было заседание, я предлагаю поднять правую руку вверх, - предложила m-me Виргинская. Одни подняли, другие нет. Были и такие, что подняли и опять взяли назад. Взяли назад и опять подняли. - Фу, чорт! я ничего не понял, - крикнул один офицер. - И я не понимаю, - крикнул другой. - Нет, я понимаю, - крикнул третий, - если да, то руку вверх. - Да что да-то значит? - Значит, заседание. - Нет, не заседание. - Я вотировал заседание, - крикнул гимназист, обращаясь к m-me Виргинской. - Так зачем же вы руку не подняли? - Я всЈ на вас смотрел, вы не подняли, так и я не поднял. - Как глупо, я потому, что я предлагала, потому и не подняла. Господа, предлагаю вновь обратно: кто хочет заседание, пусть сидит и не подымает руки, а кто не хочет, тот пусть подымет правую руку. - Кто не хочет? - переспросил гимназист. - Да вы это нарочно, что ли? - крикнула в гневе m-me Виргинская. - Нет-с, позвольте, кто хочет или кто не хочет, потому что это надо точнее определить? - раздались два-три голоса. - Кто не хочет, не хочет. - Ну да, но что надо делать, подымать или не подымать, если не хочет? - крикнул офицер. - Эх, к конституции-то мы еще не привыкли! - заметил майор. - Господин Лямшин, сделайте одолжение, вы так стучите, никто не может расслышать, - заметил хромой учитель. - Да ей богу же, Арина Прохоровна, никто не подслушивает, - вскочил Лямшин. - Да не хочу же играть! Я к вам в гости пришел, а не барабанить! - Господа, - предложил Виргинский, - отвечайте все голосом: заседание мы или нет? - Заседание, заседание! - раздалось со всех сторон. - А если так, то нечего и вотировать, довольно. |
