– Знаю, знаю. Прости меня. Обещаю загладить вину по возвращении:

– Ты успеешь к торгам?

– Каким торгам?

– Забыл про аукцион?

– Как аукцион? Я думал, это еще не скоро.

– Дату приблизили по моей просьбе. Он состоится. через две недели, считая с завтрашнего дня. Торги пройдут в пятницу и в субботу. Выставляются только папины вещи, ничего больше.

– А как же ты? Пойдешь по миру с чемоданчиком и добрым именем?

– Ну, это сильно сказано. Ты не видел мой гардероб. Это побольше чемоданчика, – засмеялась Беттина.

– Ты не должна все распродавать. Что ты собираешься делать? Спать на полу?

– Я уже думала об этом. Можно взять кровать напрокат, В «Парк‑Берне» дали понять, что если не сейчас, то не раньше чем через год. И что тогда? А если к тому времени квартира будет продана? Я не смогу платить за хранение имущества… Айво, все очень сложно. Будь что будет.

– Ради Бога, Беттина, подожди меня, прежде чем ввергать себя в эту пучину.

Там, в лондонском отеле, Айво тоскливо оглядывал номер. На его лице было написано неудовольствие. Разве ее остановишь, будучи за три тысячи миль от Нью‑Йорка? А главное, она права, что так поступает. Просто ему было нестерпимо больно, что ей приходится все делать в одиночку. Но у нее хорошо получается. Потому что она привыкла всю жизнь самостоятельно справляться с трудностями.

– Ладно, Айво, не беспокойся, все нормально. Вот только по тебе очень скучаю.

– Я скоро вернусь, – он заглянул в свой календарь и назвал точную дату возвращения.

– Каким рейсом?

– Я буду вылетать из Парижа в семь утра, а значит, в Нью‑Йорке мы приземлимся в девять по местному времени. В город попаду около десяти.

Беттине хотелось встретить его в аэропорту, но потом она сообразила, что не сможет.

– Почему?

– Пустяки. Это первый день торгов в «Парк‑Берне».

– Во сколько начинается аукцион?

– В десять.

Он сделал отметку в календаре.

– Увидимся на аукционе. Беттина улыбнулась. В отличие от отца, Айво никогда ее не подводил.

– А ты уверен, что сможешь подъехать? Наверно, тебе сразу надо в газету. На сей раз улыбнулся Айво.

– После пяти недель в разъездах один день ничего не решает. Я буду на аукционе в любом случае и постараюсь не опоздать. Но до этого еще не раз позвоню, крошка. Ты не обманываешь меня, утверждая, что с тобой все в порядке? – спросил Айво, хотя, конечно же, понимал – какое там в порядке, если квартиру ежедневно обнюхивают маклеры, а вся обстановка описана для продажи с торгов.

– Честно, все прекрасно.

– Мне не нравится, что ты там совсем одна.

– Говорю тебе, со мной полный порядок. Они поговорили еще несколько минут.

Разговор закончил Айво, поскольку ему было

пора уходить.

– Я позвоню тебе, Беттина, – сказал он, после чего наступила странная, ничем не заполненная пауза.

Беттина затаила дыхание, потом нарушила молчание:

– Что с тобой?

– Пустяки, не обращай внимания. Береги себя.

Глава 9

На следующее утро Беттину разбудил телефонный звонок. Звонила агент по продаже недвижимости. Через пять минут Беттина уже сидела на кровати и уныло озиралась по сторонам.

– Хочу сообщить вам очень хорошие новости! – В голосе маклера явно слышалось радостное возбуждение. Беттина согласилась. Новости действительно хорошие. Но слишком неожиданные. Только что она потеряла квартиру.