— Ты что, один остался? — осторожно спросил Васку Луиш.

— Нет… — отозвался тот. — Мы все остались. Ни одного не потеряли, понимаешь?

— Раненые есть?

— Нет. Даже штанов никто не порвал на этот раз… Ничего не понимаю! — произнес Болт со злостью, будто был отчаянно недоволен тем, что не понес потерь при этой самоубийственной и безнадежной, казалось бы, обороне. — Так не бывает, понимаешь?! Нас сегодня каждого по четыре раза должно было убить, если не больше, а мы живы!!!

— А где ребята? — с явным недоверием не то к Болту, не то к его психике спросил команданте.

— Гусь, Топорик и Механик из ихних танков соляру сливают. Налим с Агафоном и гвэповцами патроны собирают. Потом Болт повернулся к Васку Луишу:

— Кто принял сигнал «Диамант»?

— Таран, — ответил команданте. — ДЕЛО сделано.

— Понятно, — произнес Болт, удостоив Юрку мрачного взгляда. — Покажите хоть, за что мы тут маялись?

Васку Луиш молча открыл рюкзак и достал пластиковый пакет.

— Приятные брюлики… И почем они?

— Не прикидывал, — отозвался команданте, — у меня лично другая забота, как начальству доложить. «Уазик» с рациями в Муронго остался. Дальней связи нет.

— У меня тоже! — проворчал Болт. — Попробуй до этих докричаться по УКВ, пока они еще далеко не упилили. У них там в колонне была радиостанция. Свяжут с Гонсалвишем.

— Нет, — мотнул головой Васька. — В «испорченный телефон» я не играю.

Короче, давайте сворачиваться отсюда — и в Муронго.

— А что ты так торопишься?. — подозрительно спросил Болт. — Здесь ни одного карвальевца нет — всех зачистили. «Тридцатьчетверка» с бульдозером на ходу — прикопаем, чтоб не воняли.

— Отсюда надо уходить, капитан! — нахмурился Васку Луиш. — И побыстрее.

Место очень паршивое. На рассвете духи майомбе должны вернуться на свою гору.

Так камараду Домингуш сказал.

Как ни странно, но Болт не освирепел, не стал орать, мол, какого хрена ты всякую ерунду городишь, и даже не посмотрел на команданте с жалостью.

— И вообще, есть небольшой разговор, капитан, — добавил Васку Луиш. — В сторонке где-нибудь…

— Ясно, — кивнул Болт. — Прошу все ледей и джентльменов далеко не разбредаться. Пошли за джип, команданте!

Они с Болтом отошли за обломки сгоревшего «газика», но Таран, оставшийся поблизости, услышал, как Васку Луиш тихо сообщил:

— Алмейда отдал мне приказ не отходить в Муронго.

— Это почему?

— Потому что у него есть опасения, будто камараду Домин-гуш хочет прибрать то, зачем мы ходили на горку. Строго говоря, Жоау хотел, чтоб в Муронго отходили только вы, те, кто уцелеет после боя на перевале. А нам, семерым, должно быть, какой-то другой путь отхода предназначался. Командующий обещал сообщить, после того как я доложу с горы о выполнении задачи. Но я «Телефункен» в «уазике» оставил, а УКВ до Редонду-Гонсалвиша не достает.

— То есть сейчас ты, — строго произнес Болт, — нарушил приказ командарма? Ведь я не должен был знать о том, что в Муронго ненадежно? Верно?!

А минуту назад ты мне что-то насчет духов втюхивал и убеждал, что надо срочно катить в Муронго?

— Получается так, — виновато вздохнул Васька.