— Я сам знаю, что все нелогично! — проворчал Васька, шмыгнув носом. — Я запутался! Ни хрена не понимаю, кто я?! И за кого я, тоже не понимаю… Может, я уже русский вообще, а? У вас бсть черные русские, я знаю!

— Ты, случаем, не супруги своей боишься? — неожиданно Для всех спросил Болт. — Она ведь дочка Домингуша, так? Небось тоже что-нибудь в колдовстве петрит?

— Ни хрена она не петрит… — не очень уверенно произнес Луиш. — Но вообще-то, фиг его знает… Полный писдейш получается!

Дизель врубили, и неожиданно скорость движения возросла намного больше, чем предполагалось. Оказывается, паром потянуло довольно быстрое течение.

Теперь уж и Таран не сомневался что паром доползет до северо-западного берега за полтора часа.

Так оно и вышло. Солнце еще и краешка из-за гор не выставило, а паром уже приткнулся к очередной каменистой отмели. Первыми по сходням скатились джипы, за ними «Т-55» под управлением Механика и наконец «коллекционный экземпляр» Запасливый Механик пересосал остаток солярки из баков катера в какую-то канистру. Навряд ли эти пятнадцать литров могли создать неприкосновенный запас топлива для танков, но «на войне, бабка, и поросенок — дар божий!».

Танки встали в голову колонны и поперли по водопойной тропе в гору, туда, где на карте числилась грунтовая дорога.

— Молодец, Мех! — похвалил Гребешок. — Лучше плохо ехать, чем хорошо идти!

Никаких особых признаков, что колонна идет по алмейдов-ской территории, покамест не отмечалось. Естественно, что на водопойной тропе никто не установил ни одного щита и не повесил ни одного транспаранта с надписью «Вива Алмейду!».

У выезда на грунтовку тоже никаких плакатов не обнаружилось, зато на красной пыли отпечаталось немало шин. Последовала команда: «Стой!», и Васку Луиш направился к головному танку, еще не выкатившему на дорогу. Потом туда же подошел Болт. Механик, само собой, выглянул из люка, потом вылез и уселся на передок «Т-55», с любопытством поглядывая на действия начальства. Впрочем, разговор был хорошо слышен даже на концевом «уазике», где сидели Гребешок, Луза и Таран.

— По-моему, — заметно волнуясь, произнес команданте, — тут проехала «Тойота» самого Карвалью. Только у него такие шины.

— И два БТР-60, — скромно добавил Болт.

— Недавно проехали, примерно тогда, когда мы на паром грузились, — Луиш чуть ли не принюхался к следу протектора.

— Интересно… — хмыкнул Болт. — Все войско, значит, на запад драпануло, а главком — на восток?

— Почти, блин, как у Андрея Вознесенского, — проявил начитанность Вася Лопухин. — «Но взвод вперед не поднять, он доблестно недвижим. Лейтенант Неизвестный Эрнст идет наступать один!»

— Не читал, не помню, — отмахнулся Болт.

— Я даже догадываюсь, где он может прятаться! — похоже, душевные противоречия товарища команданте были преодолены, и им овладел охотничий азарт.

— Догадался, что наши будут искать его в Санта-Розе, где его штаб, и понял, что с одной ротой против тысячи стволов и десяти танков не удержится. Наши с перевала пошли прямо на Санта-Розу, на запад, а он ушел на север…

— «А мы уйдем на север, а мы уйдем на север!» — пародируя шакала из мультика про Маугли, втихаря спел Гребешок.

Между тем Болт и команданте вытащили карту, и Васку Луиш сказал:

— Вот он куда подался, в Муангу! Там у него дядя живет.