– Совершенно верно, – спокойным голосом подтвердил Тони. – Это старый семейный рецепт, моя прабабушка привезла его из Италии, понимаешь?

– Ты удивляешь меня.

– Неужели, мистер Келли? – вежливо произнес Пиаджи. Теперь его голос звучал еще более уверенно. Он думал о том, как это подействует на его собеседника на другом конце телефонного провода.

– Я предполагал, что вы попытаетесь пойти на компромисс. Все ваши ребята пробовали, но я не соглашался, – заметил Келли, делая вид, что с трудом скрывает раздражение.

– Как я уже сказал, приходи, и обсудим эту проблему за обедом. – Тони положил трубку. Великолепно.

– Вот теперь этот ублюдок начнет думать, – сказал Пиаджи, наливая себе чашку кофе. Напиток был едва теплым и противным, но в густой массе содержалось столько кофеина, что ему с трудом удавалось сдерживать дрожь в руках. Зато он настороже, и ему не хочется спать, сказал себе Пиаджи. Он посмотрел на остальных, улыбнулся и уверенно кивнул.

* * *

– Я так сожалею о случившемся с Казом, – сказал суперинтендант военно‑морской академии своему другу. Максуэлл кивнул:

– Что я могу сказать, Уилл? Отставка была для него плохим выбором, понимаешь? Один, без семьи. Он посвятил морской авиации жизнь, так что рано или поздно она все равно бы кончилась. – Ни один из них не хотел обсуждать поступок его жены. Может быть, год спустя они смогут увидеть нечто поэтическое в одновременной кончине двух близких людей, но не сейчас.

– Я слышал, что ты тоже подал рапорт с просьбой об увольнении в отставку. Голландец. – Суперинтендант академии не совсем понимал причину такого шага. Судя по слухам, пост командующего флотом адмиралу Максуэллу был обеспечен, причем уже будущей весной. Эти слухи стихли всего несколько дней назад, и он не знал почему.

– Да, это верно. – Максуэлл не мог объяснить, что заставило его написать рапорт. Приказ – в форме «рекомендации» – поступил из Белого дома через командующего морскими операциями. – Я уже прослужил достаточно долго, Уилл. Пришло время уступить место молодежи. Мы, принимавшие участие еще во второй мировой войне.., короче говоря, пришла другая пора, по‑видимому.

– Санни в порядке?

– Я стал уже дедушкой.

– Здорово! – По крайней мере были хоть какие‑то хорошие новости. В кабинет вошел адмирал Грир, на этот раз в морской форме.

– Джеймс!

– А у начальника академии отличный кабинет, – заметил Грир. – Привет, Голландец.

– Итак, чем я обязан приходу таких высоких гостей?

– Понимаешь, Уилл, нам хотелось бы попросить на время одну из твоих парусных яхт. У тебя есть что‑нибудь достаточно комфортабельное и простое в управлении, доступное двум адмиралам?

– Большой выбор. Хотите яхту в двадцать шесть футов?

– Да, что‑нибудь такое.

– Сейчас я позвоню на кафедру морского дела и распоряжусь приготовить для вас одну из них. – Да, это многое объясняет. Оба были близки с Казом, и лучше всего попрощаться с моряком в море. Адмирал снял трубку и отдал распоряжение. Гости встали, попрощались и вышли из кабинета.

* * *

– Больше ничего не придумал? – спросил Пиаджи. В его голосе звучала вызывающая уверенность. Инициатива вернулась теперь к ним, покинула того парня на противоположной стороне улицы, подумал он. Почему бы не закрепить преимущество?

– Не вижу, чтобы и вы придумали что‑то.