– Поцелуй мня, – забыв обо всяком стыде, попросила я, когда он замешкался, не зная, как поступить, сама притянула к себе его голову и прижалась губами к его губам.

Это было, как будто спичку поднесли к пороху и он взорвался. Так я себя чувствовала, когда мы оторвались друг от друга, и Тень тоже так чувствовал, я это сразу поняла.

Как мне описать то великолепное чувство, которое охватило меня, тот сладкий огонь, который, разгоревшись в самой глубине, проник в каждую клетку моего тела? Я ощутила радость и настоящее счастье, покой и защищенность, и еще что-то. Это было, как… как будто самые желанные мечты вдруг обернулись реальностью и реальность оказалась прекраснее всех мечтаний.

Мы долго гуляли, держась за руки, и наши сердца бились в унисон, когда мы бродили по нашим любимым местам. Никогда еще небо не было таким синим, а воздух таким сладким. Никогда еще жизнь не казалась мне такой прекрасной, как в то летнее утро.

– Что это за желтоволосый парень постоянно катается в ваш дом? – все-таки не удержался от вопроса Тень.

– А, это Джош Бердин, – как ни в чем не бывало ответила я. – Он хочет на мне жениться.

– Твои родители согласны?

– О да. Им очень нравится Джош.

Тень внезапно остановился и развернул меня так, что мы оказались с ним лицом к лицу. Глаза у него были похожи на бездонные черные озера, когда он с видимым равнодушием спросил:

– А тебе?

– И мне тоже, – ответила я, пожав плечами.

– Ты выйдешь за него замуж?

– Думаешь, надо? – кокетничая, спросила я. Я всего лишь хотела, чтобы Тень немножко приревновал меня, а он сердито нахмурился и сказал так, что я никогда этого не забуду:

– Анна, не играй со мной в ваши дурацкие женские игры. Я не такой, как твои бледнолицые обожатели.

– Прости – виновато проговорила я. – Конечно же я не выйду за него замуж. Теперь не выйду.

Время пролетело незаметно, и мне уже было пора возвращаться домой. Меня ждал Джошуа, который неплохо выглядел в своем праздничном костюме, с аккуратно зачесанными назад длинными светлыми волосами и в начищенных до блеска ботинках. Он по-джентльменски подал мне руку и открыл дверь, когда мы подошли к дому. Я знала, зачем он приехал и что собирается сказать, и изо всех сил желала, чтобы этого не произошло. Однако мне ничего не оставалось, как сесть на диван и покорно сложить руки на коленях.

– Хочешь сидра, Джош? – спросила я, желая оттянуть неизбежное. – Или маминого пирога с ежевикой?

– Нет, Анна, – отказался Джош, намереваясь немедленно приступить к делу, ради которого он приехал. – Я хочу, Анна, чтобы ты вышла за меня замуж.

– Джошуа, я…

– О, я знаю, ты не любишь меня так, как я люблю тебя, – не дал он мне договорить. – Но я буду тебе хорошим мужем, Анна. Я… Пусть я не умею так говорить, как Орин, но ты не можешь не знать, что я чувствую.

Такой страстной речи я еще от Джоша не слыхала. Его голубые глаза молили меня сказать «да», но мое сердце принадлежало другому. Тому, у кого черные глаза и кожа цвета меди. Тени.

Не поднимая глаз, я проговорила как только могла ласково:

– Прости, Джош. Я не виновата.

– Из-за Орина? – ревниво спросил Джошуа.

– Нет.

– Анна…

– Пожалуйста, Джош, не надо.

– Хорошо, – согласился он, скрепя сердце. – Но если ты когда-нибудь переменишь свое решение, знай, что я жду. Я люблю тебя, Анна Кинкайд. Я всегда буду любить тебя.