Они поговорили о событиях в столице, обсудили некоторые аспекты политики, пока не оказались возле «бриллианта». Никита открыл дверцу со стороны водительского кресла, и не залезая внутрь, вытащил из заднего кармана чехла деревянный тубус, покрытый темно вишневым лаком.

– Граф, это мой презент для Марьяны Олеговны, – сказал Никита, передавая тубус Апраксину. – Скоро Коловорот, и подарок будет очень кстати.

– Благодарю, Никита, ты спас мою нервную систему, – Даниил Алексеевич разглядел на крышке тубуса выжженный родовой герб Назарова и руны, тянущиеся сверху вниз. – Очень изящная вещь… Она просто под завязку заряжена магией.

– Чувствуете? – усмехнулся Никита.

– Пальцы сводит, – кивнул Апраксин и добавил: – Я все таки имею весьма высокий ранг одаренного. Коллегия Иерархов лично утверждала его, хотя мне не пришлось подтверждать его в боевых действиях.

– Вы тоже в стратегическом резерве? – оживился Никита.

– Да лет сорок уже, – отмахнулся граф. – Прошел несколько этапов переподготовки, но так ни разу и не был призван в ряды армии.

– Так вы не имеете офицерского звания. Это вполне объяснимо. Скорее, у вас глубочайший резерв. Зато это помогло вам укрепить свои позиции в Комиссии.

Никита сопроводил Апраксина до его автомобиля, проявляя любезность и показывая уважение к человеку, далеко не последнему в иерархии государственной власти.

– Никита Анатольевич, а что ты можешь сказать о Его Величестве? – граф устроился на заднем кресле, но не торопился полностью укрываться в салоне. Трость его и ноги до сих пор оставались наружу. – Меня очень беспокоит его состояние, как внутреннее, так и физическое. Можно ли повернуть неблагоприятные процессы вспять?

– Даниил Алексеевич, – понизил голос Никита, облокотившись о дверцу. – Если я правильно понял, Его Величество доверяет вам невероятно. Поэтому передайте при встрече, что нужный свиток я могу предоставить на главной Ассамблее, причем, на глазах сотен важных персон. Нам ведь важна реакция, которая последует после этого?

– Да, так и есть, – усмехнулся Апраксин, испытав облегчение. Значит, молодой волхв вовлечен в дерзкую и опасную игру. Давненько Меньшиковы не развлекались подобным образом. – Кстати, непременно будьте со своими очаровательными супругами. Марьяна Олеговна очень хочет с ними познакомиться. Вы не были на прошлой Ассамблее, что очень огорчило молодую часть дворянства.

– Ага, подозреваю, что именно огорчило, – усмехнулся Никита. – Отсутствие моих жен, а не я сам. Фиг им! Это мое, никому не отдам!

– Эх, где мои годы! – закряхтел Апраксин, закидывая ноги в салон. – Всего доброго, Никита. Благодарю за свиток. Даже не представляю, какой долг за мной теперь числится.

Он похлопал по тубусу.

– Не переживайте, граф. Я не потребую больше того, что потратил на создание этого шедевра. Всего доброго, – Никита кивнул на прощание и захлопнул дверь «даймлера». Охрана тут же засуетилась, садясь в машину, а он медленно побрел к своему «бриллианту», раздумывая о состоявшейся встрече. Поведение Апраксина могло рассмешить, если не знать характер могущественного контролера за дуэлянтами. Да, он переступил через свою гордость и попросил магический свиток для жены, хотя мог воспользоваться иными каналами, да через Великого князя Константина, к примеру, или через тещу. Только есть одно «но». Граф является одним из немногих людей, вхожих напрямую к императору, а значит, для Никиты важно иметь в друзьях председателя Дуэльной Комиссии.