Пять минут концентрации истекли, и «ножи», подчинившиеся воле человека, осыпались искрами на снег, зашипевший от жара. Вороны возмущенно разорались, что не получили достойного зрелища, и недовольно стали перелетать с ветки на ветку.

– Молодец, – старик, даже не вспотевший, в отличие от ученика, одобрительно похлопал его по плечу. – Как видишь, любую магию можно удержать в руках, подчинить своей воле.

– У меня нет сил, – пожаловался юный волхв, ощущая слабость в ногах. И все же он был невероятно горд, что сумел укротить мощь страшных «ножей ассасина». Ну и что с того, что Учитель помогал? Ведь удерживал плетение сам Мишка, а это многого стоит.

– Теперь ты понимаешь, зачем я втолковываю тебе о концентрации?

– Не дать магии взять над собой верх? – осторожно спросил мальчик.

– Ну… правильно. А для чего?

В ответ только пожатие плечами.

– Балда! – незлобно сказал Фрол Пантелеевич. – Концентрация учит тебя не спешить совершать бездумные поступки. Пойдешь в школу, где сотни таких же огольцов, кичащихся одаренностью, и непременно начнете меряться своими… кхм, ладно, это неважно.

– А чем меряться? – пристал к нему заинтересовавшийся Мишка.

– Рано тебе еще знать, – забурчал старик. – Я о концентрации тебе говорю. В гневе или злости можно натворить таких дел, что расхлебывать придется не только виновнику, но и его родителям. А чтобы такого не произошло, нужно уметь вовремя остановиться. Вот ты, вдруг, поссоришься с одноклассником. Захочется вам выяснить, кто сильнее. Ясно же, что начнете друг в друга плетениями кидаться. А иные из них очень опасны. В запале ярости и злости ты создашь «ножи ассасина». Дальше говорить?

– Не надо, – нахмурился Мишка. – Я понял.

– Что ты понял? – не отставал от него дед Фрол.

– Торопиться нельзя, а то поубиваю всех.

Старик хмыкнул от такого непосредственного ответа и с прищуром посмотрел в сторону семейной усыпальницы Назаровых. По дорожке к ней шли два человека, появление которых он заметил еще несколько минут назад. Одного дед Фрол сразу признал. Никита разговаривал с незнакомым человеком, чья аура слегка смутила волхва.

Фрол Пантелеевич по своему уровню мог легко войти в совет Иерархов, и «классификация» аур была его настоящим коньком. Так что первым делом он изучил энергетические контуры всех обитателей «Гнезда», и теперь точно мог сказать, не видя человека, но ощущая его аурную сигнатуру (как любили сейчас выражаться боевые волхвы), кто это такой. Он даже успел изучить Полозова, гостящего уже несколько дней у Назаровых, и точно знал, что это не варнак из Тайного Двора.

Аура незнакомца имела некоторые сходства с аурой Никиты. Такие совпадения случались у родственных друг другу людей. Точнее, у самых близких… И вот это обстоятельство очень заинтересовало старого чародея.

– А пойдем ка домой, – предложил он, и Мишка вприпрыжку поскакал по огибающей «тренировочную полянку» дорожке, ведущей мимо усыпальницы. И не заметить отца с незнакомцем мальчишка никак не мог.

Старик особо не торопился за ним, и когда подошел к ним, мужчина с темным от загара лицом разговаривал с Мишкой, не пряча доброй улыбки. Никита же молчал, не вмешиваясь, старательно пряча в глазах легкое раздражение и растерянность. Чародей обратил внимание на две темно красные гвоздики в руке незнакомца.

– Наш наставник по магии Фрол Пантелеевич, – оживился Никита, представляя старика. – Не только детей учит, но и клановых волхвов подтягивает до уровня.

– Михаил Анциферов, – протянул руку мужчина и крепко сжал сухую, узкую со стальной хваткой пальцев ладонь.